Пушкин в творчестве Светланы Мрочковской-Балашовой
1 | 2 | -3- | 4 | 5 | 6
 

Соотечественники

ХРАМ КНЯЗЯ МЕЩЕРСКОГО

С. Мрочковская-Балашова

Времена великих испытаний
Наступил 20 век, а вместе с ним эпоха крушений: привычного российского уклада, помещичьего быта, зачавшегося было экономического расцвета страны и вместе с тем сопутствующего ему разорения дворянских гнезд... Революции. Войны. Падение империи. Начало чудовищного социального эксперимента – диктатуры большевиков. Эпоха Хаоса, в которой нет победителей. Хаоса, из которого России придется еще долго выбираться.

И если с грехом пополам мне и удалось собрать хоть какие-то сведения о князьях Мещерских, живших в XVIII–XIX веках, то представляется почти невозможным восстановить связующее звено с их уцелевшими в XX веке потомками. Обратите внимание на вопросы в датах жизни детей Павла Николаевича. Ответ на них вряд ли когда-нибудь будет получен. Следы почти всех его потомков теряются в вихре революционных и послереволюционных событий... Вот, к примеру, дочь его Наталья Павловна. Дата ее рождения, как дата и место смерти, неизвестны. В записях кн. Андрея Павловича значится, что она вышла замуж за кн. Вадима Николаевича Урусова, от которого в 1912 родила сына Игоря Урусова. В полном списке захоронений русского кладбища Сент-Женевьев-де Буа под Парижем присутствует некая Урусова Н., ум.1984 г.
[19]. Но разве можно утверждать, что она и есть княгиня Наталья Павловна, которая после революции, возможно, эмигрировала во Францию[20]. В таком случае, где похоронен ее муж кн. В.Н.Урусов, какова судьба их сына? Трагична участь и другого отпрыска Павла Николаевича – кн. Николая Павловича Мещерского (1885–1918). Из Адресных книг Калужской губернии на 1913 и 1917 г.г. узнаем, что в 1912 он служил земским начальником 2-го участка Медынского уезда Калужской губ., в 1914 – там же земским начальником 3-го участка, гласным от 1-го Медынского земского собрания, в 1916–1917 – непременный член Землеустроительной комиссии Медынского уезда, почетный член уездного епархиального училищного совета, гласный от 1-го губернского уездного собрания. Был женат на кнж. Елизавете Михайловне Голицыной – дочери кн. Михаила Алдр. Голицына (02.01.1849– после 1918) и его 2-й жены Елизаветы Петровны Урусовой (15.11.1846 – 02.11.1915). Благодаря родству с Голицыными – потомками вел. кн. Гедимина имена кн. Н.П.Мещерского и его супруги вписаны в Готский альманах[21].

О послереволюционной судьбе Н.П. и Е.М. Мещерских, как и о большинстве их родственников, можно говорить лишь в сослагательном наклонении. В книге Волкова С.В. «Офицеры российской гвардии» в списке жертв красного террора упоминается князь Мещерский Николай Павлович – офицер с 1906, поручик л.-гв. Измайловского полка, расстрелян большевиками 1918. Возможно, речь идет именно о сыне П.Н. Мещерского. Как и при каких обстоятельствах это могло произойти, рассказывается в заметке «10 лет на Чекистским посту», опубликованной 16 мая 1928 г. в чекистской газете «10 лет ВКП б - ВЛКСМ Донецкого окр. О ОГПУ»:
«Впервые с Болотовым Степаном Архиповичем мне пришлось работать в Черноморье в г. Новороссийске, где он был председателем ЧК. В то время Черноморье было насыщено бежавшей за границу русской белогвардейщиной, с целью новой интервенции и реставрации, с целью проведения своей гнусной работы подготовки реванша. Эти остатки в тот период представляли из себя чрезвычайно серьёзную организованную силу. Ликвидированная под руководством Степана Архиповича Болотова, контрреволюционная организация со своим центром в городе Новороссийске, во главе которой стояли князь Мещерский, княгиня Мещерская, князь Гаузен, штабс-капитан Дворжек, попутчик Огневой и др. подтвердили эту серьезность. Эта организация, руководимая международной буржуазией, в лице соответствующих органов, была тесно связана с армией барона Врангеля в Крыму, имела своих агентов на Кубани , Тереке, и д.т. Только успешная её ликвидация дала возможность быстрого пресечения высадившегося на Черноморье (Суко, подле Анапы) и других пунктах Азовского моря десанта барона Врангеля. Хотя трудности были чрезвычайно велики, но Чер(номорская) ЧК, совместно с местным гарнизоном, вела решительную борьбу с надвигающейся угрозой белогвардейщины. И выполнила с честью свою задачу. В течение полутра месяцев Новороссийск был отрезан от центра, и только благодаря решительной борьбе, не на жизнь, а на смерть, славной Чер(номорской) ЧК и её бойцов, белогвардейские полчища были разбиты. Черноморье освобождено».

Столь же трагична участь, постигшая отца Андрея Павловича после отъезда его семьи на юг России. Кн. Павел Павлович готовил себя для мирной жизни земледельца. Как всякий молодой человек, он легче впитывал требования новой эпохи (в отличие от своего отца, сломленного крушением веры и чаяний и добровольно ушедшим из жизни в 1905 г.). Прекрасно понимал, что вишневые сады продолжат гибнуть, если бары по-прежнему с пренебрежением будут относиться к труду. Только индустриализация и модернизации сельского хозяйства помогут помещику выжить. Поэтому поступает в Петрово-Разумовскую сельскохозяйственную академию. Окончив ее, успешно продолжает дело отца в своих имениях. После начала Первой Мировой войны он был призван, как уже говорилось выше, на военную службу. В адресной книге Петербурга на 1917 имеется запись: «Князь Павел Павлович Мещерский, Балт. ж. д. ст. Дудергоф. и.д. земск. нач. 4 уч. Царскосельского уезда».


Н.С. Хрулёва в девичестве.Фото из семейного альбома Н.Галь-Мещерской

Незадолго до войны он женился на Наталье Степановне Хрулёвой (Москва,12 .02.1893–19.10.1970, София) – дочери известного юриста Степана Степановича Хрулёва – с 1909 начальника Главного тюремного управления Мин-ва юстиции России. Венчание состоялось в Парашкино – бывшем орловском родовом имении деда невесты помещика Афанасия Матвеева. К этому времени оно перешло во владение дяди Натальи Степановны по матери – Володимерова Святослава Александровича (1868–1917 или 1919) – правого депутата Думы, члена «Союза русского народа», с 9.03.1915 Томского вице-губернатора, «растерзанного революционной чернью».


Памятник генерал-лейтенанту С.А. Хрулёву в Одессе.

Дедом Натальи Степановны был знаменитый генерал-лейтенант, участник Среднеазиатских походов, герой Севастопольской обороны (1854–1855) Степан Александрович Хрулёв (5.3.1807–22.5.1870, Петербург), погребен в Севастополе, согласно его завещанию «похоронить на солдатском кладбище, а на могильной плите написать: «Подвиньтесь, братцы, лягу вместе с вами». Слегка поэтизированные, эти слова высечены и на его памятнике:
"Пораздайтесь, холмы погребальные, потеснитесь и вы, благодетели. Вот старатель ваш пришел доказать вам любовь свою, дабы видели все, что и в славных боях, и в могильных рядах не отстал он от вас..."

После смерти матери Натальи Львовны Павел Павлович Мещерский не сумел эмигрировать из советской России. По семейным преданиям, учредил вместе с другими бывшими офицерами рыбацкую артель в Новгородской обл. В 1921 г. женился вторым браком на Софье Григорьевне Мещерской, от которой имел двух сыновей. Проживал с новой семьей в Москве, в 1927 был арестован, отправлен на строительство Беломорско-Балтийского канала (1931–1933), где и погиб, как погибали тысячи его строителей – заключенных ГУЛАГа
[22].



Любопытная, фраппирующая своей циничностью подробность из изданной в конце 1934 специально к XVII съезду ВКПБ «Памятной книги «Беломорско-Балтийский канала имени Сталина»:
«Я ошалел от увиденного достатка ударников-каналстроевцев. На больших блюдах под прозрачной толщиной заливного лежали осетровые рыбины. На узких тарелках купались в жире кусочки теши, сёмги, балыка. Большое количество тарелок были завалены кольцами колбасы, ветчины, сыра. Пламенела свежая редиска…» – писал Александр Авдеенко, один из участников показательной поездки советских писателей на строительство канала.



«Гуманные» условия жизни зэков-каналстроевцев.
Идея этой затеи принадлежала М. Горькому, выразившему ее в личной беседе со Сталиным. Другой «визитер» специально подготовленного для этих целей лагеря советский писатель и журналист Лев Никулин, будущий лауреат Сталинской премии, после возвращения из «художественного путешествия» высокопарно изложил свои впечатления в письме наркому внутренних дел Г. Г. Ягоде: «Человечность» и «гуманность» всё же большие слова, и мне кажется, не следует от них отказываться. Высшая человечность и гуманность сделана Вами — первым строителем ББК. Она заключается в прекрасной работе над исправлением человека. Она заключается в беспокойстве и создании лучших условий жизни для трудящегося народа»...

В списке жертв политического террора в СССР имя П.П. Мещерского
отсутствует[23], но имеется запись о Мещерской С.Г, его 2-й жены: «Мещерская Софья Григорьевна. Родилась в 1901 г., р. г. Смоленска; русская; кустарь-одиночка, вязальщица, бывш. княжна. Проживала: г. Москва. Подписка о невыезде 28 марта 1928 г. Приговорена: обв.: 58-11. Приговор: 4 мес. Дело прекращено Особым совещанием 27.07.28 г. с освобождением из-под стражи[24].

До своего ареста Софья Григорьевна Мещерская переписывалась с обосновавшейся в Софии первой женой П.П. Мещерского – Натальей Степановной. Последнее от С.Г. письмо получено в Софии из Нижнего Новгорода в 1927 г. В нем она сообщала, что теперь живет здесь с семьей, не объясняя причины сего «переселения». Причина же до банальности типична для эпохи красного террора. Вот что сообщила мне Дёгтева Ольга Владимировна – директор Церковно-археологического музея Нижегородской епархии. По просьбе моей виртуальной знакомой Натальи Дмитриевны Мещерской (актрисы нижегородского ТЮЗа, засл. артистки России – не родственницы Мещерских, а всего лишь однофамилицы, принявшей близко к сердцу их судьбу) она включилась в поиски следов С.Г. Мещерской в архивах Нижнего Новгорода:
«Тогда я вновь заказала в Нижегородском архиве дело под номером 21 396 (на оригинале № 513420). И вот маленькое чудо: в этих документах действительно есть данные о бывшей княгине Мещерской, которая была арестована в Нижнем Новгороде в 1928 году, куда она с двумя малолетними детьми была выслана из Москвы. Проживала она на съемной квартире (по адресу: Троицкая пл., д.3/34, кв.8), вела переписку с мужем и родственниками, живущими за границей. После краткосрочного ареста ее отпустили и полностью оправдали. Но в этом деле не хватает некоторых документов, они просто уничтожены. Дальнейшая судьба Софьи Григорьевны пока неизвестна, как и ее детей»...



Вслед за этим письмом я получила от О.В. Дёгтевой копии документов по следственному делу С.Г. Мещерской как «соучастницы шпионажа» в группе лиц, высланных из Москвы и «временно» проживающих в Нижнем Новгороде, а именно: Каншина Ивана Анатольевича, Урусова Юрия Дмитриевича, Сабуровой Марии Андреевны, Шлиппе Карла Владимировича, Врангеля Николая Платоновича, Бедлевич Елены Александровны.

28 февраля 1928 г. уполномоченный ОО ОГПУ 17-го Стрелкового полка в Нижегородской губернии Батраков издает постановление: «У указанных выше лиц (вместе с С.Г. Мещерской – 7 имен) произвести тщательный обыск и их всех арестовать».



Страница из Следственного дела Мещерской


Страница из Следственного дела Мещерской

Из Протокола допроса Мещерской от 3 марта 1928 проясняются некоторые подробности о ней: «27 лет, бывшая помещица, дворянка, окончила Московский дворянский институт (вероятно, Екатерининский институт благородных девиц – С.Б.), с конца 1918 по 1921 служила в РКИ (РАБКРИН, Рабоче-крестьянская инспекция – С.Б.), беспартийная, без каких-либо убеждений, в 1921 вышла замуж за П.П.Мещерского, после чего оставила службу, имеет 2-х детей – 5-и и 4-х лет, осенью 1927 выслана ОГПУ из Москвы «на три года», «виновной себя не признает». В Нижнем Новгороде занималась, по ее «чистосердечному признанию», «кустарным делом – вязанием кашне и в среднем в месяц зарабатывала рублей 60, каковых на проживание с семьей не хватает, и я стремлюсь получить находящиеся в Москве, в Ильинском банке деньги, которые я положила туда на имя мужа Мещерского Павла Павловича в сумме трех тысяч рублей. Эти деньги я разновременно, начиная с 1925, 1926 и 1927 получила из Англии; всего за эти три года я получила десять тысяч рублей приблизительно. Остальные деньги в количестве 7000 руб. приблиз. я за эти годы прожила... Деньги эти перевела мне моя тетка Романова Екатерина Владимировна, умершая осенью 1927 года в Ницце (Франция), как оставшиеся от ее сестры Меллер-Закомельской Клавдии Владимировны, умершей за год до революции в России...»
Обе сестры Меллер-Закомельские – Екатерина (вдова коллежского советника В.В. Романова) и Клавдия были дочерьми генерал-майора барона Владимира Петровича Меллер-Закомельского (05.1811–25.06.1862) и его жены Клавдии Александровны Зотовой – дочери потомственного уральского купца А. Г. Зотова и внучки владельца Кыштымских чугунолитейных и железоделательных заводов Пермской губернии Л.И. Расторгуева. Несколько его наследников в июне 1900 г. создали Акционерное "Общество Кыштымских горных заводов». Семье Меллер-Закомельских – матери и ее 6-м детям принадлежало 50 проц. его акций. После революции заводы были национализированы, но его владельцы предусмотрительно держали свои сбережения в Английском банке.

Из дальнейших показаний С.Г. Мещерской узнаем и о других ее родственниках, сведения о которых (впервые вырвавшиеся из потайных закромов НКВД) могут пригодиться будущим исследователям: двоюродная сестра С.Г. Мещерской Шмидт Ольга Федоровна, проживавшая в Москве по 3-й Тверской-Ямской ул., д. № 50, кв.9; ее муж Шмидт Борис Николаевич, сосланный в Сибирь (Иркутская обл., Нижнеилимский р-н); двоюродная сестра С.Г. Мещерской Одинцова Варвара Федоровна (род. в 1883 г.), после эмиграции жила сначала в Югославии, где ее муж полковник Глеб Николаевич Одинцов (ум. 5 июня 1972 в Канаде) служил в л.-гв. Кирасирском Ее Величества полку, затем в Бельгии и, наконец, во Франции; тетка П.П. Мещерского Федорова Маргарита Александровна – жена Федорова Философа Александровича, служившего «в каком-то кооперативе», проживали в Москве на Покровке в доме № 38...

К делу Софьи Григорьевны приложен и рапорт сотрудника III отделения Нижегородского ОГПУ некоего Василия Щепетова (лист 10). Вот отрывок из него: «В ночь с 29 на 1 марта я производил по ордеру № 4941 обыск и арест гражданки Мещерской. При производстве обыска присутствовала домком. В квартиру к Мещерской пришли приблизительно в час. Никого посторонних в квартире не присутствовало, сами владельцы квартиры спали. Живут в комнате метров 10-12, где помещаются: сама Мещерская, ее двое детей и старуха няня. Мещерская в настоящее занимается вязанием галстуков, от продажи которых имеет по всей вероятности приличный заработок, т.к. содержит детей, платит няне и за комнату 25 рублей в месяц, и каждый месяц посылает мужу не менее 30 рублей. Имеет облигаций различных на сумму 2.755 рубля, которые хранятся в Госбанке. Облигации переданы ей ее матерью, что видно из доверенности […] Переписывается с мужем, матерью мужа, с каким-то Борисом Николаевичем и своей знакомой, которая находится уже в ссылке».
Последняя фраза нуждается в пояснении: «мать мужа» – здесь или ошибка «ищейки» или же дезинформация самой Мещерской, сознательно исказившей адресата своей заграничной переписки – им была не свекровь кн. Наталья Львовна Мещерская, которая умерла в 1918 г., а 1-я жена мужа Н.С. Мещерская. «Какой-то Борис Николаевич» – это упомянутый выше муж ее кузины Б.Н. Шмидт, в то время уже пребывавший в ссылке.

Протокол допроса 5 марта 1928 г. главного обвиняемого по этому делу Каншина Ивана Анатольевича
[25], «бывшего помещика из г. Калуги, до ссылки в Нижний Новгород проживавшего в Москве (лист 36 – 36-об.) также вносит некоторые подробности о об участниках следственного дела: «Административно высланную – Мещерскую лично я раньше не знал. При приезде в Н.Новгород как высланная Мещерская привезла мне из Москвы рекомендательное письмо моего брата Каншина Георгия Анатольевича [26], в котором он мне сообщал, что лично ее не знает, но что ее просил рекомендовать мне некий Федоров Философ Александрович, коего я знал весьма смутно. Брат в письме просил оказать ей всякое содействие. И в виду чего я достал ей комнату и познакомил ее с Сабуровой, где первое время она и жила. Оказал ей некоторые услуги по реализации изготовляемых ею шарфов. […]
Административно высланного бывшего князя Урусова
[27] я знал по Москве, видел его в доме у его брата Урусова Сергея Дмитриевича – бывшего члена 1-ой Государственной Думы [28], и кажется у Сальяса [29]писателя, ныне умершего, и у Нилова Ивана Дмитриевича – бывшего генерала [30], сейчас находится за границей. Урусов при прибытии в Н.Новгород направился ко мне, а обо мне ему сказали в Москве. Кто точно сказать не могу, возможно, его брат Урусов Сергей – служащий Госбанка, с которым года два назад я виделся в Нижнем Новгороде».

27 июля 1928 Нижегородским ОГПУ вынесено решение: Дело в отношении гр. С.Г. Мещерской прекратить, освободить из-под стражи, ее подписку о невыезде аннулировать.

Первая жена кн. П.П. Мещерского Наталья Степановна также вступила во второй брак с русским эмигрантом в Болгарии Липкиным Александром Александровичем (07.12.1893 –15.02.1975), участником Гражданской войны, воевавшим на стороне Белой армии в звании командира батареи. В одном из боев он был ранен миной и потерял ногу. В Софии заведовал Русским инвалидным домом (в прежнем столичном предместье Княжево). В последние годы жил в нем и сам
с женой[31]. А до этого супруги снимали квартиру на ул. Чепино № 18 (ныне ул. Асена Златарова).

-----


Примечания и комментарии


[19] Иван Грезин. Алфавитный список русских захоронений на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, Париж, 1995, с.397

[20] Как уже упомянуто (в прим.18 электронной версии книги «Заклейменные властью» ДВОРЯНЕ: КНИГА ПАМЯТИ), имеется свидетельство о Наталье Павловне Урусовой, из которого следует, что в 1927 г. ее мать была жива:
УРУСОВА (урожд. Мещерская) Наталья Павловна. Княгиня. В 1927 — арестована в Москве, освобождена с ограничением проживания (-6). По обращению в Помполит ее матери, Мещерской Натальи Львовны, дело было пересмотрено, но приговор не был изменен. Выехала из Москвы. (Источник: ГАРФ. Ф. Р-8409. Оп. 1: Д. 188. С. 57; Д. 369. С. 93)


[21] The Almanach de Saxe Gotha , 2008.Volume III , Page Seven.

[22] Совсем недавно, уже после завершения этого моего очерка, в Интернете появилась электронная Книга памяти дворян как часть замечательного огромного труда «РЕПРЕССИРОВАННАЯ РОССИЯ», над которым в течение нескольких лет трудился коллектив отдельных российских ученых, исследователей, представителей общественных организаций, сотрудников прокуратуры, отделов реабилитации ИЦ УВД, архивов, в том числе архивных подразделений УФСБ, комиссий по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий. Проект осуществляет Российская АЖНПР (Российская ассоциация жертв незаконных политических репрессий): http://pkk.memo.ru/BOOKS/dvor/kniga.pdf
В ней я нашла сведения, пролившиеся свет на дальнейшую судьбу Павла Павловича Мещерского и его репрессированных родственников, в том числе и его 2-й супруги Софьи Григорьевны Мещерской. Я не стала вносить изменения в уже готовый текст своего повествования, а поместила эту неожиданно обнаруженную информацию в виде Послесловия к очерку.


[23] Теперь имя Павла Павловича Мещерского как репрессированного властью добавлено и в КНИГУ ПАМЯТИ ДВОРЯН и в списки «ЗАКЛЕЙМЕННЫЕ ВЛАСТЬЮ».

[24] Книга памяти Нижегородской обл.

[25] Каншин Иван Анатольевич (1866–02.12.1937), сын Каншина Анатолия Васильевича –коллеж. секретаря, почетного мирового судьи, богатого помещика Жиздренского уезда Калужской губ.и петербург. домовладельца, и его жены, урожденной Миловой; депутат Государственной Думы Российской Империи 4 созыва, 1906 –1917 член ЦК Думской группы октябристов («Союза 17 октября"), в 1900-е – предводитель дворянства Жиздринского уезда. В 1925 г. административно выслан из Москвы в Нижний Новгород, находился под арестом 4 мес. с 29 марта 1928 г. Проживал в Н.Новгороде. Приговорен тройкой 19 ноября 1937 г. по к/р агитации к ВМН (высшая мера наказания), расстрелян 2 декабря 1937 г.

[26] Каншин Георгий Анатольевич – помещик Курской губ., брат предыдущего.

[27] Урусов Георгий (Юрий) Дмитриевич, кн. (1878-1937), до революции служил прокурором в Могилеве, затем товарищем прокурора Московского окружного суда. В 1920-е работал юрисконсультом в Наркомздраве, затем по предложению академика И.М.Губкина в Особой комиссии по исследованию Курской магнитной аномалии, где также сотрудничал и его брат Сергей Дмитриевич. После ареста, ссылки в Нижний Новгород и нескольких месяцев тюрьмы, из которой был освобожден в июле 1928 благодаря усилиям симпатизировавшего ему наркома Н.А.Семашко, вернулся в Москву. Подвизался на различной договорной работе, был экспедитором автомобильных перевозок по стране. В 1935 вновь арестован, убит в Воркутинском лагере.

[28] Урусов Сергей Дмитриевич, кн. (7 /19.03.1862–1937), брат предыдущего, известный русский политический деятель, занимал последовательно посты тамбовского вице-губернатора, бессарабского и тверского губернатора, товарища министра внутренних дел, с 1906 – депутат 1-й Государственной Думы. Автор мемуаров о быте Калужской Тихоновой пустыни. Был женат на Софье Владимировне Лавровой (ум. в 1922).

[29] Салиас-де-Турнемир Евгений Андреевич (13/25.04.1840–05/18.12.1908), сын франц. графа Андре Салиас-де-Турнемира и Елизаветы Васильевны Сухово-Кобылиной, писательницы (псевдоним Евгения Тур); писатель, наиболее известные его произведения: повесть «Державин, правитель Тамбовского наместничества»(1871), «Пандурочка», историч. роман «Пугачёвцы» (1874), имевший огромный успех у читателя. После чего ему было предложено возглавить газету «Санкт-Петербургские ведомости». Его дочь от брака с Екатериной Алексеевной Муратовой (17/19.11.1846 – 24.03/05.04.1906) Евдокия (Додя) Евгеньевна Салиас-де-Турнемир (1882-1939), также писательница, в 1937 выслана в село Кировское в Киргизии, где и умерла; была женой брата С.Д. Урусова – кн. Урусова Юрия Дмитриевича (24.04.1878–1938), с 1908 депутата 1-й Госдумы, с 1911 товарища прокурора Московского окружного суда, с 1914 прокурора Могилевского окружного суда; в начале 1918 арестован, позднее был освобожден; после 1918 работал юристом в конторе, затем юрисконсультом Большого театра, с 1925 юрисконсультом Наркомздрава. В марте 1927 Ю.Б. арестован как «участник контрреволюционной организации». 15 июля приговорен к 3 годам высылки с прикреплением в Нижнем Новгороде, где работал юрисконсультом коммунального губотдела. 24 марта 1928 ходатайствовал перед ПКК (Политическим Красным Крестом – С.Б.) о применении к нему амнистии. 27 июля 1928 в применении амнистии отказано, приговор оставлен в силе. В начале 1929 ему разрешено свободное проживание, вернулся в Москву. В 1935 — арестован как «участник антисоветской террористической организации в Кремле» ("кремлевское дело"). 14 июля 1935 — приговорен к 5 годам ИТЛ и отправлен в Воркутинский лагерь, где в мае 1938 — скончался.

[30] Нилов Иван Дмитриевич (31.01.1859– 19.10.1933) – генерал-лейтенант, после окончания в 1879 г. Николаевского кавалерийского училища офицер л-гв. Уланского полка, начальник 5-й кавалерийской дивизии. Георгиевский кавалер. Участник Белого движения, умер в эмиграции во Франции, похоронен на Русском православном кладбище Кокад в Ницце.

[31]
Сведения от А.П. Мещерского.



 
1 | 2 | -3- | 4 | 5 | 6
© 2005-2012 Все страницы сайта, на которых вы видите это примечание, являются объектом авторского права. Мое авторство зарегистрировано в Агентстве по авторским правам и подтверждено соответствующим свидетельством. Любезные читатели, должна вас предупредить: использование любого текста возможно лишь после согласования со мной и с обязательной ссылкой на источник. Нарушение этих условий карается по Закону об охране авторских прав.