Пушкин в творчестве Светланы Мрочковской-Балашовой
1 | 2 | -3- | 4 | 5 | 6 | 7
 

Кто убил Пушкина?


СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС О ЛЮБВИ И СМЕРТИ ПОЭТА

Светлана Мрочковская-Балашова



1 СУДЬЯ Барона Луи ван Геккерена, голландского посланника в России, я вызываю.

( На авансцену выходит Геккерен)
1 СУДЬЯ Поклянитесь правду говорить!
ГЕККЕРЕН Клянусь!
1 СУДЬЯ Вы получали от Дантеса оглашенную сейчас судьей записку?
ГЕККЕРЕН Получал. И поступил согласно просьбе сына.

За занавесом с помощью пантомимы разыгрывается сцена на балу у Фикельмонов 1 ноября 1836 г. Артисты мимоса – в масках-домино – представляют разговор Геккерена с Натали: он вновь убеждает ее оставить мужа, она гневно отвергает; он угрожает отправить ее мужу письма, разоблачающие ее поведение; Натали испугана, мечется, и наконец покорно склоняет голову – Геккерен вырвал у нее согласие на новую неотложную встречу с Дантесом, что и состоялась на другое утро 2 ноября. Но она не принесла желанной цели – Натали осталась непреклонной. Это последнее свидание и стало событием, «ознаменовавшим перелом во всей этой истории».
Прожектор вновь высвечивает судей и Геккерена.
ГЕККЕРЕН (обращаясь к 1 судье) Ваша честь, считаю своим долгом поведать о письме своем к министру иностранных дел и канцлеру России графу Нессельроде. Апелляцию свою ему послал я после смерти Пушкина, когда сын Жорж был под арестом за участие в дуэли.
2 СУДЬЯ (иронично) Любопытно послушать, что написали в письме этом!
ГЕККЕРЕН Я признался Нессельроде, что в разговорах с Пушкиной весьма был откровенен в выраженьях, которые должны бы не только оскорбить ее, но также ей открыть глаза на истинную суть вещей… по-крайней мере, я надеялся на это.
2 СУДЬЯ (философски) Коварство и Любовь. Стары, как мир! (к 1 судье) Ваша честь, позвольте допросить важнейших свидетелей по делу – Карамзиных...

Геккерен отходит в сторону. Открывается занавес. За рамкой картины – гостиная Карамзиных, круглый стол, самовар. Присутствующие начинают двигаться. Сонечка Карамзина (известная своим злословием и любовью к сплетням) разливает чай, подает тартинки. Здесь же жена Карамзина Екатерина Андреевна, ее сын Александр Карамзин. Среди гостей – Вяземский, Вяземская. Все обсуждают смерть Пушкина.
2 СУДЬЯ Представляю завсегда́таев кружка Карамзиных (называемые кланяются): Екатерина Андреевна – хозяйка дома, вдова историографа Карамзина; Софья Николаевна – дочь от брака первого его с Протасовой Елизаветой. Александр Николаевич Карамзин – сын от второго брака отца с хозяйкой дома. Остальных вы знаете уже – князь Вяземский с княгиней Верой.
КАРАМЗИН Помните, что в октябре 36-го Дантес был болен грудью и на глазах худел?
ВЯЗЕМСКИЙ (желчно) Александр, прошу, не повторяйте байки Геккерена. На самом деле у его «сыночка» был сифилис!
КАРАМЗИН Это только ваше предположенье, князь. А с достоверностью никто не знает.
ВЯЗЕМСКИЙ Не мое, а Пушкина – я от него слыхал. Без обиняков он заявил об этом и в своем письме последнем к Геккерену – черновик его в кармане сюртука покойного нашли. Столь оскорбительного свойства оно было, что выхода иного не оставляло Геккеренам, как вызвать на дуэль обидчика.
КАРАМЗИНА Значит, не Пушкин бросил рукавицу, а Геккерены?!
ВЯЗЕМСКИЙ Эту роль взял на себя Дантес, защищая честь приемного отца.
КАРАМЗИН Откуда ведомо вам содержание того письма?
ВЯЗЕМСКИЙ Жуковский, разбиравший бумаги Пушкина, пересказал его мне.
СОФЬЯ (с любопытством) Перескажите же и нам его!
ВЯЗЕМСКИЙ Всё пересказывать не стану. Одну лишь фразу помяну: Подобно бесстыжей старухе, вы подстерегали мою жену по всем углам, чтоб говорить ей о любви бастарда своего – внебрачного или так называемого сына... (Вяземской, поясняя от себя: у нас народ их байстрюками именует), а когда он сифилисом заболел и был должен сидеть дома, вы говорили, будто он умирает от любви к ней...
СОФЬЯ Как это стало Пушкину известно? Чтоб заявить такое, надо было знать наверняка!
ВЯЗЕМСКИЙ Должно быть, Пушкин и знал наверняка.
КАРАМЗИН Старый Геккерен сначала заклинал Наталью Николавну спасти Дантеса. Не видя результатов, стал местию её стращать. Как знаем, он сдержал угрозы – три дня спустя и появились роковые письма... Пушкина во всем призналась мужу. Он тут же послал Дантесу вызов. Дуэль тогда замяли сватовством…
КАРАМЗИНА (мать) Известие о сватовстве Дантеса к Екатерине Гончаровой нас как громом поразило, сие казалось всем невероятным!
СОФЬЯ Право дело, потрясены мы были! Дотоль все видели, как увивается Дантес за Натали! И вдруг такой фортель – решил жениться на её сестре чернявой!
КАРАМЗИН Сестрица Сонюшка права, мы просто не могли прийти в себя от изумленья! Уж не снится ль мне, что наш Дантес решился на такое? – я спрашивал себя.
СОФЬЯ Мне ж тогда казалось, что Жорж – всего лишь жертва. Каюсь, но мне в ту пору было жаль его. «Бедный Дантес! – терзалась я. – Ведь он не выглядит влюбленным в Катрин!». Мы прекрасно знали, что с ней он флиртовал лишь для отвода глаз...
ВЯЗЕМСКАЯ Да ведь это Пушкин его заставил жениться на Катрин!
ВСЕ (хором) Пушкин?! Неужто Пушкин?! Как сумел?
ВЯЗЕМСКАЯ Получив пасквиль и выслушав признания Наташи, Пушкин, как уж сказано, немедля отправил Дантесу вызов. Утром другого дня Дантес был на дежурстве в полку. Геккерен же, словно б невзначай, письмо то вскрыл и сразу принял меры.

Прожектор освещает Геккерена, который стоит на авансцене. Гости в салоне Карамзиных становятся соучастниками разговора с Геккереном.
1 СУДЬЯ Барон Геккерен, верно ль говорит княгиня?
ГЕККЕРЕН Да, я тотчас распечатал то письмо в предчувствии недобром.
2 СУДЬЯ Поступок странный и выдает вас с головой! Отчего ж недобром, коль были вы к пасквилю непричастны?!
1 СУДЬЯ Коллега, протестую! Неправомерно замечанье ваше! Продолжайте, господин барон.
ГЕККЕРЕН Меня терзала мысль, как спасти сына! Одно спасенье видел – броситься к друзьям ревнивца-мужа и их содействия искать. На Невском князь Вяземский мне повстречался.
ВЯЗЕМСКАЯ (ехидно, со своего места в салоне) Барон сходу запричитал о положенье горестном своем.
1 СУДЬЯ Княгиня, вам не давали слова! Князь Вяземский, прошу вас в зал, и восстановим с вашей помощью ту сцену.

Вяземский выходит из рамки на авансцену. Появляются артисты мимоса, сопровождая пантомимой разговор Геккерена и Вяземского.
ГЕККЕРЕН Князь, кабы знали вы, как я страдаю! Я бескрайно дорожу своим питомцем! Каких трудов мне стоило устроить карьеру Жоржа в Петербурге!
ВЯЗЕМСКИЙ Да успокойтесь же, барон! И расскажите толком, что случилось?
ГЕККЕРЕН Ах, князь, ужасная беда случилась! И теперь придется мне расстаться с ним – кто бы из двух другого ни убил, разлука неизбежна.
ВЯЗЕМСКИЙ О чем вы? Кто кого намерен убивать?
ГЕККЕРЕН Пушкин – Жоржа!
ВЯЗЕМСКИЙ Ага, догадываюсь. Значит, Пушкин тоже получил пасквиль?
ГЕККЕРЕН Не знаю, кто переслал ему… (спохватываясь, что выдал себя с головой)... ну да, некий болван прислал ему шутливое письмо. Он не понял шутки, рассвирепел и вызвал Жоржа на дуэль! Но почему мой сын расплачиваться за проделки негодяя должен?!
ВЯЗЕМСКИЙ Негодяя говорите?!
ГЕККЕРЕН Я заклинаю, помогите мне – и убедите Пушкина дать нам недельки две рассрочки для устройства дел...
ВЯЗЕМСКИЙ (холодно) Боюсь, барон, роль мне эта не по плечу. Знаю Пушкина характер – он не отступится! Придется поискать посредника другого.
(приподнимает цилиндр, уходит, возвращаясь в рамку – салон Карамзиных).
ВЯЗЕМСКИЙ Я тотчас умысел барона разгадал и отказался посредничать ему.
КАРАМЗИН Какой подлец! Сам кашу заварил, теперь ж пеняет на другого!
ВЯЗЕМСКАЯ (презрительно) Хитрая лисица!
КАРАМЗИН Бестия!
ВЯЗЕМСКАЯ Торгаш!
ВЯЗЕМСКИЙ Ангел мой, ты выражаешься вульгарно!
ВЯЗЕМСКАЯ Конечно же, торгаш. Помнишь, перед тем как Петербург покинуть, он в посольском доме, будто в лавке, распродавал свои антики! Не нравится «торгаш», так назову похлеще: БУГР! (Сонечка стыдливо захихикала).
КАРАМЗИН Да что уж церемониться – в самом деле, расплодил он в Петербурге бугрство! И Дантеса сделал бугром.
КАРАМЗИНА (возмущенно) ́ Что за моветон, Алекс!
КАРАМЗИН Виноват, maman. Простите меня, дамы.
ВЯЗЕМСКИЙ (продолжает прерванный рассказ) Позже я узнал, что тотчас Геккерен отправился к Жуковскому – сумел каналья разжалобить его. Не знаю как, но к Пушкину наш Душенька Жуковский нашел подход и убедил, чтоб подождал с дуэлью недельки две. Тот даже согласился вызов взять обратно, однако взамен потребовал, чтобы Дантес женился на Катрин.
ВЯЗЕМСКАЯ Совсем недурно улаживалось дело: теперь стреляться вроде нет причины, а в городе могли понять, что женится из трусости французик. Когда же в первой половине генваря сыграли свадьбу, все успокоились, наивно полагая, что тревога миновала...

(Занавес закрывается. Действие переносится на авансцену)
2 СУДЬЯ (просматривая бумаги) Барон Геккерен, расследование установило, что следы пасквильного диплома к вам в дом ведут. Известно, что вы вернувшись в мае 36-го в Петербург, с собою привезли из-за границы подобные дипломы. Князь Трубецкой на склоне лет поведал, что шалуны из молодежи их рассылали в адрес петербургских рогоносцев. Пасквиль, что Пушкин получил, был схож по смыслу с одним из тех дипломов чужеземных – изменены лишь были имена.
ГЕККЕРЕН (обдумывает ответ, потом с наигранной беззаботностью) Ах, те шутливые дипломы... верно, были в моде в пору карнавалов венских. Ради забавы венцы друг друга награждали ими. Никто не воспринимал их как обиду. Веселиться и шутить умеют в Вене! В чопорной России неладно с юмором! Но, пардон, то не моя вина, а беда русских!
1 СУДЬЯ Значит, вы признаете, что распространяли их по Петербургу?
ГЕККЕРЕН Я?!! Нет, увольте! Несовместимо сие с достоинством моим! Но повторяю, невинной шалостью дипломы эти были!
2 СУДЬЯ Невинной?! Ее цена – жизнь Пушкина! На основании полученных свидетельств предлагаю реконструировать события двух дней последних перед роковым 4-ым ноябрем.

Занавес открывается. За рамкой картины – сцена в доме нидерландского посланника. Геккерен и Полетика напутствуют Дантеса, который собирается на последнее свидание с Пушкиной – 2 ноября.
ПОЛЕТИКА Не волнуйся, Жорж! Я верю, что ты сумеешь запугать глупышку эту. Она до смерти мавра ревности боится
ДАНТЕС Ты плохо знаешь Натали! В ней обычно мало ума находят. Любовь ли ей его дает, но невозможно держаться с бульшим тактом, умом, изяществом, чем те, что проявила Натали при нашем объясненье! Какую силу духа показала, когда я умолял ее презреть свой долг ради меня!
ГЕККЕРЕН Успокойся, Жорж, и с Богом! С нетерпеньем ждать будем возвращенья твоего! Удачи, дорогой!

Свет прожектора переносится на судей – оба просматривают бумаги; 1-ый, насмешливо усмехаясь, обращается ко 2-му.
2 СУДЬЯ Напрасно, уважаемый коллега, зацепку ищите в надежде хоть как-то оправдать поступок Геккеренов!
1 СУДЬЯ А вы, любезный, забываете о роли – судьи! Да-да, судьи – не адвоката!
2 СУДЬЯ В позорном этом деле решается не просто чья-то участь, но судьба того, кого по праву считают величайшим достоянием России – гениального Поэта! А это значит, что человек, которому доверено высокое, ответственное право судить, патриотом должен быть, дотошным следователем, защитником и обвинителем в одном лице, а уж потом судьей!
1 СУДЬЯ Есть Высший Судия, а мы Его лишь слуги!
2 СУДЬЯ А коли так – задача наша, всех вместе, как можно глубже проникнуть в Божий Промысел, чтобы приблизиться к ответу на вопрос: КТО ПУШКИНА УБИЛ?

Занавес открывается. За рамкой картины – снова сцена в доме нидерландского посланника. Входит разъяренный Дантес. Геккерен и Полетика бросаются к нему.
ДАНТЕС Я ничего не смог у Пушкиной добиться. Её мои угрозы не сломили. Возмущенно отчитала меня и тут же уехала домой!
ГЕККЕРЕН Значит, никакой надежды?
ДАНТЕС Никакой! Я сойду с ума!
ПОЛЕТИКА Успокойся, Жорж! У меня чудесный план родился! Венские дипломы! Мы Пушкину пошлем один из них – о рогоносцах. Он взбйсится, устроит жене сцену. Несправедливость мужа её заставит утешения искать. А кто лучше её утешить может, чем ты?!
ГЕККЕРЕН Эврика! Вот уж поистине: Cherchez la femme! Браво, Идалия! Но кому поручим дело? Ни мне, ни Жоржу не пристало встревать в подобные афронты!
ПОЛЕТИКА (смеясь) Разумеется – себя не запятнаем! Жар чужие руки будут загребать! На эту роль годится кодло гусарчиков, что вьются вокруг вас. Придется раскошелиться, барон!
ГЕККЕРЕН Ради такого дела готов пойти на траты!
ПОЛЕТИКА То-то ж! Пригласите их на завтрак! Подпоите! Потом, уж невзначай, покажете им венские дипломы. Не сомневаюсь – шалунишки охотно включатся в забаву эту! Их хлебом не корми, лишь дай потешиться! На хлебе можно сэкономить, но без дорогих заморских вин не обойтись.
ГЕККЕРЕН Прикинемся, будто дипломы эти отправим многим рогоносцам, но отошлем их только Пушкина друзьям!

Прожектор, высвечивающий фигуры тройки, гаснет. Свет направлен на 2-го судью. В это время на сцене появляются артисты мимоса в трико, только кокарды на голове выдают в них офицеров – дружков Геккерена и Дантеса. В руках у них бокалы. Их разговор исполняется речитативом на музыке
2 СУДЬЯ Утро 3-­го ноября. Завтрак в доме Геккерена. Прижимистый хозяин не пожалел для случая такого угощений дорогих и вин заморских.

(Прожектор высвечивает веселящуюся компанию).
1 ОФИЦЕР Господа, последний анекдот! Наш Пушкин оду написал. Министр Уваров в ней себя узнал и жалобу царю направил. И грозно молвил царь Поэту: Пасквиль сей недостоин таланта твоего!
2 ОФИЦЕР И Бенкендорфу приказал расследовать сей случай.
1 ОФИЦЕР Скажи мне на кого пасквиль? – сурово вопросил жандарм Поэта.
2 ОФИЦЕР На кого? На вас! – улыбнулся Пушкин.
1 ОФИЦЕР Как на меня? – воскликнул граф. – Да разве я дрова ворую и нянчусь с детками чужими?!
2 ОФИЦЕР А Пушкин: -Значит не на вас! Но тот, кто в этом грешен, сам себя узнает в оде! (все смеются)
ГЕККЕРЕН Друзья мои, я шуточку припас! Сейчас я покажу вам кое-что...

(Уходит за сцену)
1 ОФИЦЕР Остйр Поэт, тут нечего прибавить!
2 ОФИЦЕР Смельчага! Шпарит, без разбору!

(Геккерен возвращается с пачкой дипломов).
ГЕККЕРЕН Вот, почитайте! (раздает дипломы)
3 ОФИЦЕР (он брат Полетики – Александр Строганов – заранее подготовлен к этой роли, читает про себя один образчик) Ну и потеха! Командоры и кавалеры из Ордена светлейших рогоносцев его почетным членом предлагают избрать обманутого мужа!
1 ОФИЦЕР А рогоносцев в Петербурге хоть отбавляй!
3 ОФИЦЕР Хотя бы тот же остряк Пушкин!
2 ОФИЦЕР Ну что ж, подшутим над рогатыми мужьями!
1 ОФИЦЕР Изменим почерки и письма разошлем по адресатам!
3 ОФИЦЕР Прекрасная идея! Эй, Жан, неси-ка нам бумаги и чернила!

(Шумят, смеются, начинают переписывать диплом. Вновь раздается зловещий хохот Пушкина­-Командора. Занавес закрывается.)
2 СУДЬЯ В посольстве нидерландском имелись списки всех лиц, что приглашались на приемы, с подробным описаньем их адресов. С той же доскональностью указаны они на анонимных письмах, полученных друзьями Пушкина из карамзинского кружка. Точность эта – важная для следствия улика!
1 СУДЬЯ Протестую! Это всего лишь домысел! Как утверждал князь Трубецкой, дипломы разослали многим петербургским рогоносцам!
2 СУДЬЯ Во-первых, про других нам неизвестно. А во-вторых, ведь ни один из тех, что получил диплом, не числился в подобных. Ни Вяземский, ни Соллогуб, (с усмешкой) тем паче Лиза Хитрово!
1 СУДЬЯ Продолжим же опрос свидетелей. Вызываю графиню Фикельмон!
(Входит Фикельмон)
2 СУДЬЯ Дарья Федоровна, пожалуйста, представьтесь.
ФИКЕЛЬМОН (говорит с акцентом) Я, Доротея графиня Фикельмон, супруга графа Карла Фикельмона, посла австрийского в России. Фельдмаршалу Кутузову я внучкой прихожусь по матушке Елизавете Хитрово. Отец мой – прибалтийский граф фон Тизенгаузен – у дедушки был флигель-адъютантом. В бою под Аустерлицем мой папа́ смертельно ранен. А мне в ту пору был всего годочек... Так что, почитай, его совсем не знаю...
2 СУДЬЯ Графиня, а Пушкина как хорошо вы знали?
ФИКЕЛЬМОН С ним добрые приятели мы были. Он часто посещал салон мой, но чаше у маменьки бывал.
1 СУДЬЯ Что вам известно о письмах анонимных в его адрес?
ФИКЕЛЬМОН Перед дуэлью Пушкин захаживал к нам почти каждый день. Он очень изменился о ту пору. Как это по-русски говорится... (подыскивает слова) ... был не в своей тарелке.
2 СУДЬЯ Говорил ли Пушкин с вами о Дантесе?
ФИКЕЛЬМОН О Дантесе избегал он говорить.
2 СУДЬЯ О чем ж вели вы разговоры с ним?
ФИКЕЛЬМОН Беседовали о литературе, театре, российской жизни, политике – особо к европейской проявлял он интерес большой. Еще – о музыке. Сказать, что он ее любил, – слова пустые. Он понимал её, как может понимать лишь гениальный духом. Не раз мне говорил: музы́ка – самое высокое искусство, не стесненное словами и условностью других искусств. Полёт души свободной в бездонности духовной выси. Ведь сама душа поэта была музы́кой...
2 СУДЬЯ (разнежено) Как хорошо о нём вы говорите... А муж ваш, граф Фикельмон, был тоже с Пушкиным на дружеской ноге?
ФИКЕЛЬМОН Граф Фикельмон ценил его талант огромный и уважал за ум недюжинный – глубокий и блестящий, за широкость взглядов и способность в суть явлений проникать. Мой муж считал, что Пушкин – самый великий поэт России.
2 СУДЬЯ Как видим, не ошибся.
1 СУДЬЯ (нервно) Простите, графиня, но я спросил вас об анонимных письмах! Откуда вам известно, что Пушкин получал их?
ФИКЕЛЬМОН От матушки моей Елизаветы Хитрово. Пушкин был откровенен с нею, посвящал её во все перипетии отношений с Дантесом и его отцом – приемным Геккере́ном. Маменька горячее участие в нем принимала. Опекала, своим сердешным другом называла...
1 СУДЬЯ Вы утверждали, что анонимных писем было несколько, не так ли?
ФИКЕЛЬМОН Да, утверждала и продолжаю утверждать. Семейное счастье Пушкиных ру́шиться стало после того как чья-то подлая рука послала анонимно мужу ужасно оскорбительные письма. В них ему сообщались злосчастнейшие слухи, а имена его супруги и Дантеса соединены с иронией… столь горькой, столь ужасной…
1 СУДЬЯ Из вашего ответа следует, что другие письма были иного, отличного от первого пасквиля содержанья.
ФИКЕЛЬМОН Да, ваша честь. История с дипломом была погашена женитьбой Дантеса на сестре Пушкиной Катрин. Однако после этой свадьбы Пушкин получил, по крайней мере, еще одно письмо.
1 СУДЬЯ Вам известно, о чем оно?
ФИКЕЛЬМОН Анонимный автор пытался Пушкину открыть глаза на поведение Дантеса, который домогался по-прежнему его жены. Верно, теперь месье Дантес стал осторожничать и флиртовал ней... исподтишка, остерегаясь ревности своей супруги.
2 СУДЬЯ Но ведь Пушкин жене верил! В письме последнем к Геккерену он пишет, что Наталья Николавна разочарована в Дантесе и ее чувство к нему теперь угасло в презрении спокойном и отвращении – вполне заслуженном! – к нему.
ФИКЕЛЬМОН Да, это так. Пушкин безгранично супруге доверял. Она ему сообщала всё и даже слова Дантеса... – ужасное неблагоразумье...
1 СУДЬЯ Отчего же неблагоразумье?
ФИКЕЛЬМОН Коль женщина супруга уважает, то не должна подобными признаньями дразнить его. Но по своей наивности – вернее, необычайной простоте, не стеснялась с мужем спорить о невозможности подобной перемены в сердце Дантеса, чьею любовью дорожила, быть может, лишь из суетности одной.
1 СУДЬЯ Из суетности?!! Но вряд ли это повод для второй дуэли! Неужели таким был кровожадным Пушкин?
ФИКЕЛЬМОН Не в этом вовсе дело – не в кровожадности, в чрезмерно обостренном понятье чести. Он был невольник чести, как о нем Лермонтов сказал – поэт не менее трагичный.
1 СУДЬЯ (раздраженно). Оставьте Лермонтова, речь не о нем сейчас.
ФИКЕЛЬМОН Пушкина страшили не пересуды света, который, наблюдая драму из партера театра, отчетливо всё видел. Невинность Пушкиной не вызывала в высшем обществе сомнений. Но галерка, где помещались другие петербургские круги, для Пушкина была важнее. Ибо там были его друзья, сотрудники и, наконец, читатели его. Они-то, не разобравшись в сути драмы, считали жену Пушкина виновной и бросали в нее каменья.
2 СУДЬЯ Какое образное объясненье!
1 СУДЬЯ Благодарю, графиня, Вы свободны.

(Фикельмон кланяется и уходит с авансцены. Туда тут же врывается княгиня Вяземская.)
ВЯЗЕМСКАЯ Ваша честь, позвольте мне дополнить!
1 СУДЬЯ ( с досадой) Что еще, княгиня?
2 СУДЬЯ Прошу, княгиня, говорите.
ВЯЗЕМСКАЯ Геккерену досадно было, что сын его почти на бесприданнице женился. С дружками он – в отместку Пушкину – по городу стал оскорбительные сплетни о Наташе распускать. Они и приневолили её супруга спровоцировать Дантеса на дуэль. Но в этот раз он никому о ней ни слова...
2 СУДЬЯ Однако, как нам известно, за два дня до поединка Пушкин сообщил о нем именно вам, княгиня. Почему же вы не уведомили мужа?
ВЯЗЕМСКАЯ Да, 25 генваря, Пушкин на моем на балу сообщил мне под секретом о дуэли. В тот вечер муж мой очень поздно домой вернулся. Увиделись мы с ним лишь к вечеру другого дня. Я сразу же ему сказала о решенье Пушкина стреляться.
2 СУДЬЯ Преступно-легкомысленно, княгиня, ваше поведенье. Ведь вы считали себя ближайшим другом Пушкиных. Как поступил ваш муж, узнав об этом? Впрочем, давайте спросим самого его.
1 СУДЬЯ Князь Вяземский, пожалуйте сюда.

(входит Вяземский)
2 СУДЬЯ Насколько мне известно, князь, не сделали вы никакой попытки предотвратить дуэль! Не уведомили царя, полицию. Друзей не всполошили. Удивительный поступок! Сознательное умолчанье?
ВЯЗЕМСКИЙ (молчит смущенно) Было слишком поздно... К тому же я не вхож к царю...
2 СУДЬЯ Но вы близки с Жуковским, который как воспитатель наследника имел свободный доступ во дворец?
ВЯЗЕМСКИЙ (снова молчит) Не догадался...
2 СУДЬЯ Не догадался?! А, может быть, не захотели? Как следует из вашей переписки с «Незабудкой», в то время вы беззаботно предавались светской суете – танцевали, флиртовали, веселились...
ВЯЗЕМСКИЙ Была пора балов. Я веселился, как и все...
2 СУДЬЯ Причем тут все. Речь идет о вас – о друге Пушкина! Передо мной образчик вашего письма к той самой Незабудке – так, кажется, вы называли Эмилию Шернваль, что за графом Мусин­-Пушкиным была? (зачитывает отрывок из письма Мусиной­Пушкиной)
«20 января. Бал у госпожи Сенявиной. Элегантность, изящество, великолепная мебель, торжество хорошего вкуса, щегольство, аромат кокетства, электризующего, кружащего, раздражающего чувства, все сливки общества, весь цвет его – все это придавало балу характер феерический...»
ВЯЗЕМСКИЙ Ужели изыски стиля есть повод обвинять меня?
1 СУДЬЯ Коллега, вы, в самом деле, увлеклись!
2 СУДЬЯ (не реагируя на замечание, с пафосом) Не изыски стиля, а ваше легкомыслие мы осуждаем! Ведь в это время Поэт терзался, страдал и выхода из тупика искал! Вы, Карамзины, Александрина Гончарова, в том числе Жуковский благородный, еще десятки близких Пушкину людей все разом отвернулись от него, когда он так нуждался в дружеской поддержке!
1 СУДЬЯ Протестую! Вы опять вступаете в роль прокурора!
2 СУДЬЯ Ваша честь, позвольте еще раз напомнить: у нас задача общая – понять, кто в смерти Пушкина виновен! Князь Вяземский, что скажете в свое вы оправданье?
ВЯЗЕМСКИЙ (смиренно) Вы правы лишь в одном – все видели, как нарастает эта пагубная буря. Но Пушкину помочь мы не могли! Пушкин в последние три месяца стал просто невозможным. Дерзил, советам не внимал, цеплялся постоянно к Геккерену и Дантесу! Запрещал Дантесу посещать свой дом, хоть тот – теперь как родственник – имел на это право. Словно роковое предопределение судьбы стремило Пушкина к погибели...
2 СУДЬЯ Состояние его легко можно понять. А вам особенно – как его другу.
ВЯЗЕМСКИЙ Мне, впрочем, как и всем, казалось, – Пушкин нарочно камуфлеты создавал. И я был вынужден... теперь я понимаю, как несправедливо это... был вынужден сказать Карамзиным: «Я закрываю свое лицо и отвращаю его от дома Пушкиных!» Повторяю: мы, друзья, не в силах были помешать дуэли. К тому же... как уже сообщила моя жена – Пушкин скрывал второй свой поединок....
2 СУДЬЯ Не кривите душою, князь! Преступно равнодушно вы наблюдали приближение трагической развязки. В этом смысле вы – соучастник преступленья!
1 СУДЬЯ Протестую, коллега, вы снова за свое!
2 СУДЬЯ Когда оно свершилось, Вас поразила не столь смерть Пушкина, сколь собственная в ней вина! Не так ли?
1 СУДЬЯ Но князь ведь осознал свою вину, коллега! Во время отпевания Поэта в церкви князь на полу лежал ничком. Он каялся, винился...
2 СУДЬЯ Что толку в запоздалом раскаянье!
1 СУДЬЯ Князь Вяземский, вы с вашей супругой утверждали, что из друзей никто не знал о том, что предстоит дуэль.
ВЯЗЕМСКИЙ Не совсем так, ваша честь. Об этом знала и Александрин – сестра Натальи Николавны. Ей как другу Пушкин под большим секретом сообщил о намерении своем стреляться. Александрин ни с кем не поделилась этой тайной, даже с Натали... Как толковали в свете, у нее был с Пушкиным роман. Впрочем, я не верю этим слухам...
2 СУДЬЯ (к князю Вяземскому). Князь, еще одна подробность – следствие нам показало, что в канун дуэли у Мещерской на балу вы видели, как Пушкин беседует с де Аршиаком, Дантеса секундантом.
ВЯЗЕМСКИЙ Да, видел и сразу подошел к ним. Но они тотчас прервали разговор.
2 СУДЬЯ А вы ничем не выдали себя, что знаете о предстоящем назавтра поединке?! Вот тот момент, когда у вас была возможность попытаться предотвратить дуэль! Вы не воспользовались ею! Не побуждала ль вас к бездействию мысль Сальери: «Так улетай же! Чем скорей, тем лучше»? Пророческая мысль – предчувствие великого Пророка я слышу в ней! И смею утверждать: вы стали соучастником игры зловещей, что к гибели великого поэта привела!
1 СУДЬЯ Нелепо обвиненье ваше! Мало ли о чем мог Пушкин с Аршиаком говорить! Он с приязнью к дипломату относился...
2 СУДЬЯ Подозреваю, князь, вы... (ищет слово) недолюбливали Пушкина.
1 СУДЬЯ Ошибаетесь! Князь Вяземский и Пушкин друзьями были!
2 СУДЬЯ В том-то и загвоздка! Именно этот, казалось бы, не вызывающий сомнений факт отвергал все подозренья о соучастье Вяземского в преступленье!
1 СУДЬЯ Возражаю! Выбирайте выраженья! За недоказанностью преступленья князя не можете его в нем обвинять!
2 СУДЬЯ Я постараюсь доказать. Во-первых, сам Пушкин признавался самым близким и верным друзьям своим Нащокиным, что питает к вам, князь, неприязненное чувство – за неизбывное злословье ваше, за вечное стремленье напакостить ему.
ВЯЗЕМСКИЙ (с нарочитой беззаботностью) Верно, мы с Пушкиным всегда подтрунивали друг над другом. Но разве можно приятельские шутки злословием назвать? Тем паче стремлением напакостить?!!
2 СУДЬЯ Вам факты надобны – извольте! Узнав о том, что он помолвлен с Гончаровой, небрежно вы заметили: «Какая чепуха! Красавица такая не может выйти за него!». Вы не могли смириться с мыслью, что неказистый, небогатый Пушкин «отхватил» столь лакомый кусочек. Когда ж его женитьба стала очевидной, вы желчно изрекли: «Пушкин первым делом постарается бедняжку развратить!»
ВЯЗЕМСКИЙ Ну, знаете, мало ли чего между собою говорят мужчины!
2 СУДЬЯ Но о том же, пусть и не столь цинично, вы говорили женщине – графине Фикельмон: «В любви Пушкина к жене будет много тщеславия!» Признаться – не очень лестно сказано о лучшем друге! (с жаром) Зависть разъедала вашу душу, выливаясь ехидством бесконечным.
1 СУДЬЯ (снисходительно, с улыбкой) Мал ростом, неказистый, небогатый – что из того? А его божественный талант, а слава первого российского поэта? Только за это можно полюбить!
2 СУДЬЯ Согласитесь, что как поэт вы лучше, чем другие, понимали, сколь гениален Пушкин.
ВЯЗЕМСКИЙ Да, понимал и никогда не сомневался в этом!
2 СУДЬЯ Ой ли?! Но продолжим. Вот факт второй вашей вражды с Поэтом – Польское восстание. Поэт был патриотом и в вопросе польском России интересы защищал. Вы ж слыли либералом…
ВЯЗЕМСКИЙ (с жаром) Верно, был я возмущен его позицией в вопросе польском! Стихи «Клеветникам России» и «День Бородина»{*} огорчили меня – до глубины души! Власть, государственный порядок часто исполняют долг печальный и кровавый – обязанность у них такая! Но воспевать её – такой обязанности, слава Богу, у Поэта нет!
1 СУДЬЯ Зависит всё от взглядов! О призвании поэта можно сказать иначе – прославлять отчизну!
ВЯЗЕМСКИЙ Мне понятно, отчего поляки ненавидят или, вернее, презирают нас…
1 СУДЬЯ И отчего ж, по-вашему?
ВЯЗЕМСКИЙ Причин на то немало, но суть сокрыта в том, что в России поэту, даже как наш Пушкин, совсем не стыдно писать подобные стихи!
1 СУДЬЯ А разве вам неведома любовь к отчизне?!
ВЯЗЕМСКИЙ К отчизне – да! Но не к царю! Пред ним, мне представлялось, Пушкин старые грехи заглаживал, словно стыдился вольнодумства юношеских дней своих.
2 СУДЬЯ Пушкин спорил с вами, князь, но не злословил. Чего нельзя сказать о вас... Вы трубили о его «лакействе» направо и налево!
1 СУДЬЯ Даже пытались очернить его в глазах Елизаветы Хитрово!
ВЯЗЕМСКИЙ Я рассуждал с позиций европейца! Посему и написал ей, что злополучные его стихи не обладают европейским свойством.
1 СУДЬЯ Хитрово немедля показала письмо то Пушкину.
2 СУДЬЯ И трещина, что появилась в ваших отношеньях, стала углубляться с той поры. Возник тот странный, дразнящий, неистребимый симбиоз – Ненависть – Любовь, где не знаешь какого чувства больше.
ВЯЗЕМСКИЙ (с иронией) Никак курс философии прослушали вы в Гёттингене!? Хоть я не «гёттингенская душа», но твердо знаю – в сердце у меня только любовь к нему жила!
2 СУДЬЯ Я же утверждаю, что ваша ненависть убила к Пушкину любовь в вас!
1 СУДЬЯ Коллега, подбирайте выраженья!
ВЯЗЕМСКИЙ Ненависть моя?! Неправда! До дней моих последних я Пушкина боготворил!
2 СУДЬЯ Это чувство пришло после – люди охотно обожествляют мертвых!
1 СУДЬЯ Ваше злословье, в конечном счете, до ушей его дошло.
ВЯЗЕМСКИЙ В свете злопыхателей немало!
2 СУДЬЯ В их число включите и себя!
1 СУДЬЯ (строго) Коллега, что за тон!
2 СУДЬЯ А вы хотите, чтоб я миндальничал с пособником убийц?!
ВЯЗЕМСКИЙ Ну это уже слишком! Для обвинения такого улики ваши гроша медного не стоят!
2 СУДЬЯ А вам нужны конкретные улики? Артефакты? Что глаз увидит, что потрогать можно иль языком вкус ощутить, как яд Сальери?!
ВЯЗЕМСКИЙ Куда вы клоните, любезнейший Судейский?
2 СУДЬЯ Вам невдомек? Поймете скоро! А пока замечу: Пушкин не от вашей желчности страдал, а от свойственной великим душам скорби о несовершенстве человека!
ВЯЗЕМСКИЙ Мысль верная, но абстрактная весьма! (ехидно) Как может человек судейский судить об этом?!
2 СУДЬЯ У судейских тоже есть и сердце, и душа, и разум! В то время я служил секретарем у Бенкендорфа. Все его бумаги проходили через меня. Чего греха таить – теперь могу признаться: памятуя о рассеянности шефа, я …изымал приложенные к донесениям крамольным стихотворенья Пушкина. Вот так сумел собрать немалую коллекцию автографов его.
ВЯЗЕМСКИЙ Похвально! Значит, воровали?!
2 СУДЬЯ Коль вам угодно – пусть будет так! Но полагаю, Россия мне признательна за это.
1 СУДЬЯ Теперь пора итоги подвести свидетельств ваших, князь.
2 СУДЬЯ А точнее – соучастья в преступленье! Но какими бы словами мы ни пытались заклеймить его, прозвучат как звук пустой они пред мощью пушкинского обличенья того, чьим прототипом стали вы! В образе Сальери узнать себя нетрудно будет вам! Кстати, пьесу эту – как эхо ваших разногласий – Пушкин вскоре напечатал – в 1832-ом году!


Примечания и комментарии


{*} Стихотворение «День Бородина» самим Пушкиным названо «Бородинская годовщина».



 
1 | 2 | -3- | 4 | 5 | 6 | 7
© 2005-2012 Все страницы сайта, на которых вы видите это примечание, являются объектом авторского права. Мое авторство зарегистрировано в Агентстве по авторским правам и подтверждено соответствующим свидетельством. Любезные читатели, должна вас предупредить: использование любого текста возможно лишь после согласования со мной и с обязательной ссылкой на источник. Нарушение этих условий карается по Закону об охране авторских прав.