Пушкин в творчестве Светланы Мрочковской-Балашовой
1 | 2 | 3 | -4- | 5

Привычки милой старины
или Пушкин на масленице 1831 года.



Георгий Ровенский



Четверг.

26 февраля – четверг, широкая, разгуляй. В этот день традиционно начиналась широкая масленица, с ее снежными городками, кулачными боями и пьяным разгульем. Иоганн Корб, посетивший Москву в 1698 г . удивленно записывал: “Всю масленицу день и ночь продолжается обжорство и пьянство...».
В такой же четверг на масленице уже в Петербурге Пушкин записал в Дневник (28 февраля 1834) высказывание на балу великого князя Михаила Павловича: «Полиция сбилась с ног ( такой распутной масленицы я не видывал)».
С этим днём Масленицы связаны сюжеты картин, например, Сурикова и Кустодиева «Взятие снежного городка» и «Масленица». В этот день часто деревенские жители обряжались кто как хотел. Само же чучело Масленицы из соломы поднимали на гору.

Масленица
Масленица
Пушкиноведы считают возможным, что в этот день Пушкин, конечно с Натальей Николаевной, вечером был у князя Голицына В.С., который ранее в среду заехал к Пушкиным на Арбат, а там нет молодых – они отправились к теще на блины. Но записку он оставил «Завтра в восемь часов вечера жена моя и я, нижайший, ожидаем вашего посещения...».
Погода продолжалась тихая, ясная, зовущая к прогулкам. Морозец небольшой. Так что, масленичное веселье могло продолжиться для молодоженов Пушкиных у Голицыных. Князь Владимир Сергеевич (1794—1861) - участник Отечественной войны, предшественник друга Пушкина Н. Н. Раевского-младшего по командованию Нижегородским драгунским полком. Вышел в отставку генерал-майором и отдался семье, музыке и театрам. Он являлся автором переводов либретто опер «Страделла» и «Немая из Портичи» («Фенелла»).
Будучи всего на 6 лет старше Пушкина, он к этой масленице имел 5 сыновей и дочь, занимался и издательскими делами и постановками опер в домашнем театре. К празднику у него была готова опера «Дон Жуан». В этом году значится за князем сочиненная им музыка к романсу на слова Пушкина из «Бахчисарайского фонтана», которую, можно думать, он и преподнес молодоженам в присутствии всех гостей в исполнении хороших певцов.

Пушкин был знаком и с его братьями. Тремя годами ранее в Петербурге в салоне Марии Шимановской он слушал замечательную игру на фортепиано его брата князя Александра, женатого на Каролине Валевской[1].
В этот день, а может быть, в пятницу Пушкин получает письмо от своего приятеля Плетнева: «Поздравляю тебя, милый друг, с окончанием кочевой жизни. Ты перешел в наше состояние истинно гражданское. Полно в пустыне жизни бродить без цели. Все, что на земле суждено человеку прекрасного, оно уже для тебя утвердилось. Передай искреннее поздравление мое и Наталье Николаевне: цалую ручку её…». Это большое письмо о литературных делах, о внезапно умершем Дельвиге и проблемах его семьи полностью возвращало Пушкина к предсвадебным временам хлопотной литературной жизни и издательской деятельности.

В №8 «Московских ведомостей» напечатано сообщение о продаже «Музыкального альбома на 1831 г .». Мы не знаем, читал ли это сообщение поэт, посылал ли в университетскую книжную лавку за этим сборником, в котором слова и ноты на его стихи «Талисман», «Буря» и «Певец» Н.С.Титова, «Черная шаль» Верстовского, «Черкесская песня» Алябьева. Да и нашего гребневского композитора Данилы Кашина «Защитникам Петрова града», да алябьевский «Соловей», как воспоминание о недавно умершем Дельвиге. В эти дни поступают в продажу и альманахи «Сиротка» и «Денница» с первой публикацией нескольких пушкинских стихотворений, в т.ч. «Мадонна». В общем полный апофеоз творчества. Но думаем, что в эти дни поэту было не до стихов и похвальства. Ему было бесконечно хорошо и так.

Широкая масленица только начиналась, впереди была – пятница, и Пушкины по масленичной традиции приглашали к себе на бал родных и знакомых. Часть гостей были извещены, а другим нужно было разослать приглашения и даже самим лично съездить.

Пятница.

27 февраля – пятница. В этот день ритуал масленицы требовал приглашения родных к себе на блины и на веселье.
Соблюли ли эти старинные традиции молодожены Пушкины?
Да, об этом есть два свидетельства.
Во-первых, летописец светской жизни Москвы Александр Яковлевич Булгаков сообщает вечером этого дня брату в Петербург: «Москва, 27 Февраля 1831. У Хитровой всегда бездна народу и очень жарко. Все к лучшему. Я там попотел, да ложась спать наглотался чаю с ромом, все и прошло. Хорошо, а то бы ужо нельзя ехать на вечеринку поэта Пушкина».
И на другой день пишет в отчете:
«Москва, 28 Февраля 1831.
Пушкин славный задал вчера бал. И он, и она прекрасно угощали гостей своих. Она прелестна, и они как два голубка. Дай Бог, чтобы всегда так продолжалось.
Много все танцевали, и так как общество было небольшое, то я также потанцевал по просьбе прекрасной хозяйки, которая сама меня ангажировала, и по приказанию старика Юсупова: et moi j'aurais danser, si j'en avais la force ( как бы я хотел танцевать, но уже не те силы – фр.) , говорил он.
Ужин был славный; всем казалось странно, что у Пушкина, который жил все по трактирам, такое вдруг завелось хозяйство.
Мы уехали почти в три часа. Куда рад я был, что это близехонько от нас, что можно было отослать карету домой часов на шесть. Была вьюга и холод, которая и теперь продолжается…».

Действительно, если мы с вами заглянем в газету «Московские ведомости» этих дней, то действительно увидим в записях погоды, что 27 февраля с утра поднялся ветер, падал снег при 8 градусах мороза, днем несколько потеплело, но снег продолжал валить, а ветер посильнел, и начала к вечеру по улицам и переулкам Москвы гулять настоящая вьюга. Известно. что когда ветренно, то даже такой небольшой мороз кажется слишком морозным.
Другая имеющаяся запись косвенно подтверждает, что родные Натальи Николаевны были приглашены и присутствовали. Так что масленичный ритуал был соблюден. Вот записи в Дневнике путешествия Дмитрия Гончарова. 18 февраля у него отмечено: «Noces de ma soeur Nathalie» (свадьба моей сестры Натальи – фр. ), а следом запись сделанная 27 февраля « Soirée chez elle » (вечеринка у нее – фр. ). [Дневник хранится в ИРЛИ, ф. 244, оп. 20, № 122, л . 10 и об.).] Позднее Дмитрий, уже из Петербурга сообщит дедушке в Полотняный завод: «Я видел также Александра Сергеевича; между ими царствует большая дружба и согласие; Таша обожает своего мужа, который также ее любит; дай бог, чтобы их блаженство и впредь не нарушалось…».

Итак, мы знаем из письма Булгакова, что масленичная вечеринка у Пушкина была более 6 часов: значит, началась в 8-9 вечера, а закончилась в 3 часа ночи. Круг приглашенных был небольшой, но 20, вероятно, было.
Попытаемся сфантазировать состав: двое молодых Пушкиных, да брат Лев Пушкин, который был на свадьбе и вряд ли уехал от праздничных гуляний, две сестры Гончаровых да их братья Сергей и Дмитрий. Да и мать их, тёща поэта Наталья Ивановна, могла прибыть на редкий для нее бал. Ведь веселья в пятницу так и называются Тёщины вечёрки.

Кто же играл танцевальную музыку? Наняли небольшой оркестр? Или кто-то бренчал на фортепиано?
Нет, нет! Мы совсем забыли, что на балу был старик Юсупов Николай Борисович, владелец имения «Архангельское», живший тоже на Никитской. Пушкин немного ранее посвятил ему большое, уважительное к старой аристократии, стихотворение «К вельможе». Вероятно-то, юсуповский небольшой оркестр и играл мазурки да вальсы, да полонезы. Так что было все как на настоящем балу.
С князем связаны многие детские воспоминания Пушкина. В доме в Большом Харитоньевском переулке в 1802 жила их семья. Напротив дома Юсупова находился принадлежавший ему обширный сад, огороженный каменной стеной. Были здесь мраморные статуи, беседки, искусственные руины, аллеи, затененные плющом, оранжереи, овальный пруд, фонтан на пересечении аллей. В этот сад в течение нескольких лет маленький Саша Пушкин ходил гулять с няней. В плане пушкинской автобиографии упоминается «Юсупов сад» как одно из самых ранних незабываемых впечатлений. Возможно, с воспоминанием о нем связаны и пушкинские терцины «В начале жизни школу помню я...».

Николай Борисович, вероятно, плохо себя чувствовал (он умер тем же летом), но к Пушкиным на бал приехал. Вероятно, это был торжественный выезд: «Юсупов ездил всегда в четырехместном ландо, запряженном четверкой лошадей, цугом, с двумя гайдуками на запятках и любимым калмыком на козлах подле кучера. Костюм обычный князя Николая Борисовича был светлый, синий фрак с бархатным воротником; на голове напудренный парик с косичкой, оканчивавшейся черным бантом, в виде кошелька... Юсупова почти выносили из кареты его гайдуки».

Был на балу и Булгаков Александр Яковлевич, как мы видим из его письма, и танцевал с хозяйкой, Натальей Николаевной. Была ли его дочь с мужем – молодожены Долгоруковы или они собрались у матери на свой бал? Но, пожалуй, ответ мы найдем в том же цитируемом письме: « Вчера кроме Пушкина, был театр у Солданши, и вечер у Мельгунова и еще где-то… Вот какова Москва наша!». Раз Булгаков не упоминает о бале у Долгоруковых, то это означает, что и его дочь, и муж ее были здесь, а может быть и мать мужа Долгорукова Екатерина Алексеевна, с которой Пушкин был знаком и даже на ее имя просил дочь Кутузова Елизавету Михайловну присылать для него французские журналы и газеты, попадающие в Петербург.

«Посаженный отец», князь Петр Вяземский не мог быть, так как княгиня все еще болела, а к тому же он давно должен быть ехать на службу в Петербург, а потому, ссылаясь на холерные карантины, не мог мелькать на балах и сидел в своем Остафьеве.
Но «посаженная мать», Потемкина, не могла пропустить приглашение.
У Мельгуновых на Новинском бульваре, рядом с домом Грибоедовых, был свой бал. Но в воскресенье они вместе с Пушкиными прокатятся с ветерком на санях.
Театр у Веры Яковлевны Сольдейн тоже должен был привлечь многих из москвичей. Зал во дворце Бибиковых на Пречистенке (№17), где жила она с дочерьми в это время, был большим и вместительным. Так что она могла собрать более сотни гостей. Говорят, что в декабре поэт с невестой там был на очередном балу. У Сольдейн две дочери на выданьи – нужно их показать да жениха подобрать.

Вероятно, на балу у Пушкиных еще было несколько гостей, из тех, кто примет участие через день в воскресном санном катании. О каждом из тех участников мы сообщим подробности потом.
В общем, первый (к сожалению и последний известный) пушкинский бал удался. Молодежь растанцевалась почти до утра, и разъехались только в 3 часа ночи.

Широко отмечала масленицу и Северная Пальмира. В Петербурге на масленичных балах, особенно придворных, народу было конечно намного больше. С аналитическим удовольствием эти праздничные балы-маскарады записывала Долли Фикельмон в своем дневнике в 1830:

12 февраля. (среда) Наконец-то мы дали наш первый бал в Петербурге. Он получился удачным, и я в восторге. Императрица как никогда веселилась и смеялась. Император даже исполнил со мной попурри, хотя обычно никогда его не танцует.
Бал, впервые здесь, продолжался до 5 часов утра. Молодые люди развлекались от души, дамы тоже. Зала была хорошо освещена и умеренно натоплена. В этот наш первый вечер я волновалась за тысячу мелочей. Теперь буду совершенно спокойной за следующие.
В обществе много прелестных женщин, но одна, которая, бесспорно, превосходит всех остальных грацией и красотой, — Императрица! Перед ней меркнут даже самые большие красавицы; никто из нас не может сравниться с ней в танцах, не умеет ступать так грациозно, как она, и при всем этом столько же Царица красоты , сколько Императрица и Государыня!

13 февраля. С Maman, Катрин и Аннет Толстой отправились маскированными к Энгельгардту в маскарад. Едва я начала с успехом интриговать, как, к моему огорчению, сидевшая в ложе Императрица пожелала меня видеть. Бросились искать меня по всей зале. Император первым опознал и под руку повел через залу к Императрице. Заинтриговать кого-нибудь после этого уже было невозможно. Маскарады теперь в большей моде оттого, что Император и Великий Князь          посещают их, посему и светские дамы решаются ездить туда в масках.
14 февраля. Маскарад у князя Пьера Волконского. Бал открыла наша группа из 15–16 дам в  костюмах летучих мышей, серых и розовых. Среди нас была и Императрица, мало кем узнанная...[2]

Суббота.

28 февраля – в субботу должны снова собираться родные, ведь Суббота – золовкины посиделки . Но только ведь вчера у Пушкиных гуляли, в 3 часа ночи разъехались, в 5 утра уснули, далеко за полдень проснулись – нужно и отдохнуть, тем более что на воскресенье намечено несколько веселий.
Между тем мещанская и цеховая Москва несомненно входила в самый кураж праздника, хотя было и облачно, и минус 13 утром, но ветер утих, снег падал целый день, и только к вечеру небо очистилось. Но что для такого праздника погодная помеха. На нее и внимания не обращали.
130 годами ранее секретарь австрийского посланника И. Корб ужасался (22 февраля 1699 г .) нравами на масленице:
«Последняя неделя перед сорокадневным постом называется у русских Масленицей, потому что, хотя и воспрещается есть мясо, но разрешается зато масло Я бы скорее назвал это время вакханалиями, потому что русские в эти дни заняты только гульбой и в ней проводят все время. Нет никакого стыда, никакого уважения к высшим, везде самое вредное самовольство, как будто бы ни один судья и никакой справедливый закон не вправе взыскивать за преступления, в это время совершаемые.
Разбойники пользуются такой безнаказанностью, и потому почти ни о чем более не слышно, как о смертоубийствах и похоронах. Правда, что в некоторых местах стоят часовые для предупреждения этих бесчинств, но от них мало пользы, так как и они постоянно пьяны и запятнаны общими пороками, потому никто их и не опасается, а смотреть за ними некому.
Многие патриархи выказывали похвальное рвение, стараясь совершенно искоренить эту заразу нравов, но более ничего не могли сделать, как только сократить время этих шалостей, продолжавшихся прежде четырнадцать дней. Они убавили это время восемью днями, чтобы бесчинство, от которого, по закоренелости обычаев, совершенно излечить невозможно, по крайней мере порождало менее зла вследствие сокращения времени этих мерзостей...».

Как известно, традиции гульбы в XIX веке еще более сократились – дни от 8 сузились до 4 дней «широкой масленицы» - от четверга до воскресенья. А сейчас, к XXI веку, они и вовсе прекратились, потому что наши «проводы зимы» – это жалкое подобие Масляницы-разгуляя...
Но впереди было еще воскресенье. Что же намечалось у Пушкиных на последний день?
В написанном в эту субботу послании к брату А.Я. Булгаков оказывается сообщал и анонс на следующий день:
«Завтра, pour la clȏture (под конец – фр .), санное катанье, блины у Пашковых (мы на это не пустимся), а вечером сборище у наших молодых; но хозяева будут Пашковы, они зовут и потчивают, а там и покой. Москва тряхнула стариною, веселье за весельем...». Да, наши молодожены Пушкины примут во всех этих воскресных увеселениях непременное участие.
Перед тем как перейти к описаниям этих воскресных пашковских «гульбищ», в которых приняло участие более 40 москвичей, познакомим сначала с их организаторами - молодыми Пашковыми.
Жили они Чистопрудном бульваре в большой усадьбе с домом, условно отнесенным к сегодняшнему №12.
Купила усадьбу в 1790 у Масловых Дарья Ивановна Пашкова, жена коллежского асессора Александра Ильича Пашкова. Она была из рода Мясниковых, знаменитых уральских промышленников, вместе с их содеятелями Твердышевыми получивших, как и Гончаровы, дворянство за размножение заводов (металлургических) в башкирских степях, в т.ч. в районе Магнитной горы (Магнитки). Дарья Ивановна при выходе замуж, получила как и ее три сестры большое приданое, а затем при разделе наследства по два завода и по 19 тысяч крестьян. Богатство многих московских семей берет начало из этого уральского предпринимательства: Бибиковых, Дурасовых, Козицких-Белосельских-Белозерских, Бекетовых и потомков всех их.

На месте хозяйственных строений, стоявших по границам владения, Пашковы устроили парадный двор. В 1790-1792 годах был выстроен главный дом в стиле классицизма, с колонным портиком на обоих фасадах и проездом в центре. Разбили новый сад, в южной части сохранили и облагородили заросший пруд. Дарья Ивановна скончалась в 1808 г ., а через год - и ее муж Александр Ильич. Наследовали их многие имения дети. В усадьбе на Чистопрудном жил Иван Александрович (1758-1828), в семье которого («у дедушки и бабушки Евдокии Николаевны»), воспитывалась после смерти в 1817 их дочери Дарьи (в замужестве Сушковой) их внучка, названная по бабушке Евдокией - (Додо) Сушкова (23.12.1811/04.01.1812 –15.12.1858), знаменитая впоследствии поэтесса графиня Ростопчина.

Сын Пашковых Сергей Иванович (1801—1883), отст. гусарский поручик был женат с 1830 г . на юной княжне Надежде Сергеевне Долгоруковой и проживал здесь же на Чистопрудном. Пушкиноведы считают, что Пушкин мог встречаться с ними в семье родителей жены Сергея Пашкова, у Долгоруковых (мать её Екатерина Алексеевна, ур. графиня Васильева, была, как сказано было выше, нелегальным почтовым ящиком для Пушкина).
Рассказывают, что дом Пашковых славился широким гостеприимством. По свидетельству В.И.Анненковой, «летом и зимой там собирались несколько раз в неделю, танцевали и - редкая вещь! - разговаривали!»
Пашковы каждый год отмечали масленицу и устраивали для знакомых "санное катание".

Не стало исключением и последнее воскресенье масленицы 1831 г .

Примечания и комментарии


[1] Прим. Автора сайта: Каролина Тереза (Татьяна Станиславовна) Валевская (1778–1846), известная красавица, приятельница прославленной пианистки Марии Шимановской; 1-й муж с 1799 – гр. Ходкевич Александр Францишек – Александр Николаевич (1776–1838) , с 1814 жила с ним в разъезде, состоя с 1812 в связи с кн. Александром Сергеевичем Голицыным (21.08.1789–12.09.1858), в 1820-х служившим в Варшаве полковником Уланского полка при вел. кн. Константине Павловиче. Плодом ее романа Валевской с Голицыным стал внебрачный сын Владимир (1821–1846),считавшийся воспитанником князя, с которым она обвенчалась в 1822 после официального развода с Ходкевичем. Однако политические разногласия со 2-м мужем привели Валевскую к раздорам и с ним. В последние годы жила отдельно от мужа, умерла в нищете в СПб.

[2] Долли Фикельмон. Дневник 1829–1837. Записи от 12,13,14 февраля 1830, стр. 96–97.



1 | 2 | 3 | -4- | 5