Пушкин в творчестве Светланы Мрочковской-Балашовой
1 | 2 | 3 | 4 | 5 | -6- | 7

ЖУРНАЛ СВЕТЛАНЫ МРОЧКОВСКОЙ БАЛАШОВОЙ

Пирамиды вечной памяти

Лялька. Оборванное детство

                                                                                                                                   Мария Реброва

 

 Лялька и Светка – двоюродные сёстры.
Их последний снимок вдвоём перед этапом вечности.
Янв.-февраль 1937.

    
     Она сидела в уголке между железными кроватями, стоящими одна над другой – позже  узнала, что их называют двухъярусными, и смотрела на слабогорящую одинокую лампочку. В горле застрял противный комок, а глаза так опухли от слёз, что слёзы уже не могли удержаться за сомкнутыми веками и предательски, преодолев преграду из густых ресниц, скатывались по щекам. Её огромные глаза образовали два солёных озёра. Она уже не кричала, не звала на помощь ни родителей, ни деда, ни своих любимых тётушек. Ей казалось, что её украли злые тролли, про которых мама читала ей сказку,  когда она была ещё крохой. Эти маленькие злые духи отобрали у неё всё. Сначала папу, потом маму, а теперь утащили и её. И сейчас ей очень-очень страшно. А недавняя счастливая и радостная жизнь в кругу родных казалась ей просто сказочным сном. Не хотелось верить, что весь  ужас последнего времени был правдой. Она просто сидела и ждала, когда наступит рассвет и  этот кошмар кончится.  
     Людочка – так она представлялась, когда с кем-то знакомилась, а для родных просто «Лялька» – родилась 23 ноября 1929 года, в семье горного инженера Ивана Ивановича и будущего врача Нины Ивановны Носковых в Анжерке. Лялька была первой внучкой довольно большого клана Мрачковских. Когда папа пошёл выписывать ей метрики, на вопрос: "Имя ребёнка?",  он, растерявшись, ответил:" Лялька". – "Значит Людмила, – констатировала служащая ЗАГСа. – Так и запишем".
     Счастливый папа купил торт и отправился домой. Сегодня придут родные отпраздновать её появление в этом мире. Обо всём этом  потом много раз рассказывала мама. Уже добродушно упомянув и о том, как она поругивала папу за то, что он дал ей такое имя. "Ну да ладно, миролюбиво успокаивал папа, она ведь в самом деле похожа на красивую куклу-ляльку"...
     Её воспоминания были прерваны каким-то шебуршанием в углу. "Наверное, мыши", – совсем спокойно подумала Лялька, их она не боялась. У неё была очень красивая белая мышка, с которой она любила играть. Но вслед за шуршанием раздался тихий детский голосок: "Как тебя зовут? Иди к нам, вместе будет теплее".
     Лялька встала и быстро пошла на голос, долетевший из другого конца длинной комнаты. Там на кровати, прямо на железной сетке, сидело ещё трое детишек. Два мальчика, удивительно похожих друг на друга, и совсем крохотная девочка,  напоминавшая скорее Дюймовочку, чем живого ребёнка. У крохи были длинные волосы цвета молодого льна и  глаза янтарного отлива. Платьишко на ней было совсем не по погоде, а сверху была накинута не по размеру большая потёртая кофта. Лялька поняла, что здесь она самая старшая и должна опекать малышей.
      – Будем знакомы, – сказала она в подражание своему папе.– Меня зовут Лялька, вернее, Людмила Носкова, и я живу в Сибири...
     Она не знала, где сейчас находится. Минувшей ночью к ним в квартиру ворвались чужие люди и забрали маму,  а Ляльку увезли в приёмник-распределитель. Оттуда переправили в какое-то большое здание, где было очень много детей, а потом её привезли сюда...
     – А меня Константин, – назвался мальчик постарше. – Это мой брат Лёва, ему пять лет, а мне почти семь.
     – Сами-то вы откуда? – поинтересовалась Лялька.
     – Из  Минска, – охотно ответил Костя. – Наш папа военный комиссар.
     – Ну, а как зовут тебя, маленькая принцессочка? – обратилась Лялька к девочке.
     – И Солнышко, и Зайка, и Зорюшка, а  ещё Юленька...
     – Сколько же тебе лет? – спросил Лёва .
      Юля показала два пальчика и неуверенно вытянула третий: – Скоро  три годика... Уже совсем скоро – на ёлку. Папа обещал мне большую куклу с закрывающимися глазами... –   
радостно улыбнулась, а потом,  всплеснув ручонками,  испуганно воскликнула: – А вдруг он  забудет?
     – Ну разве можно забыть про подарок своему Солнышку?! Конечно же  подарит! – успокоила её Лялька. И немного поколебавшись, заверила: – Ведь к Новому году мы все уже  будем дома!
     Она думала, что скоро папа вернётся из опасной командировки, куда его отправили год назад. Он уехал ночью, она даже не простилась с ним. Просто слышала сквозь сон какой-то шум, падение стульев, вскрики няни Кати. Потом наступило утро, но её почему-то не поднимали, чтобы  отправить в детский садик. Она вскочила и побежала в гостиную. На полу валялись бумаги, вещи и её любимая кукла с оторванной кем-то головой. "Как же я забыла вчера взять её с собой в кроватку?"– промелькнуло в  голове. Ой, как хорошо, что на диване сидят мама и няня Катя. Она бросилась к ним и по привычке захныкала: "Не буду есть манную кашу!" Не услышав возражений, удивленно взглянула на маму. Капризы та не любила и не поощряла их. Капризами Лялька могла добиться только наказания – быть поставленной  в угол и лишиться сладкого.
     В этот раз мама только кивнула головой и прижала её к себе. Тогда осмелев, Лялька продолжила свои вопросы: – А почему ночью у нас кто-то шумел? И всё разбросано? И где наш папа?
     Мама грустно взглянула на дочку: – Папа срочно уехал в командировку и, собираясь в спешке,  всё разбросал. А мы с тобой поедем в гости к деду Ивану в Анжерку.
– Ура! – закричала Лялька. – И к бабушке Оле и  деду Ване тоже? – это были  родители её отца.
– Да, ко всем, – как-то очень печально сказала мама.

     Целый день они провели в уборке и сборах. Мама набрала подозрительно много  вещей, захватила даже семейные альбомы.
     – Может машину нанять и всё перевезти? От Кемерово до Анжерки всего сотня километров, – взглянув на няню, сказала мама.
     – Ой-ой, Ниночка Ивановна, – запричитала та. – Не сегодня-завтра может вернуться Иван Иванович,  а дом пустой!?
     – Он найдёт нас в Анжерке, – откликнулась мама.
     К обеду пришёл какой-то военный и протянул маме листок.
     – Что это? – волнуясь, спросила Катя как только за  ним захлопнулась дверь.
     – Повестка. Завтра меня вызывают в НКВД.
     Катя опять запричитала, а мама,  беспомощно подняв руки, опустилась на диван.
     – Всё, хватит! – вдруг резко сказала она. – Не надо распускаться. Во всём разберутся, и всё будет хорошо. А пока мы побудем у моего папы в Анжерке. Надо ждать лучшего и жить дальше. Правда, Лялька?
     Та согласно закивала головкой. Потом молча доела манную кашу и тоже стала собирать свои вещи.
     – Ой, мамочка! А куда же мне сложить свои игрушки?
     – Возьми  с собой только самые любимые, мы же скоро вернёмся, – как-то неуверенно ответила  мама.
     Лялька подняла свою разорванную куклу и не по-детски горестно вздохнула. Слёзы навернулись на глазах.
     В тот момент Лялька и не подозревала, что настоящее горе поджидает их  впереди. 
     – Не горюй,  сейчас я мигом починю её, – вскинулась Катя. – Станет ещё краше!...
 
     Лялька улыбнулась. Всё не так уж и плохо... К Новому году папа вернётся в Кемерово, ведь он директор самой лучшей и самой главной там шахты. А без него шахта не выдаст много угля  на гора...  Эти чудноватые слова озадачивали Ляльку,  хотя смысл их  был понятен – не выдаст уголь на гора, значит,  замёрзнет вся большая страна Советов. Так говорил папа и товарищ Сталин – самый главный человек на всей земле. Так говорили детям  и в садике, когда там готовились к празднику – дню рождения нашей молодой и самой лучшей  в мире страны...
     Её воспоминания прервались всхлипываниями Юленьки: "ой, как мне холодно...  очень холодно... и  кушать  хочется..." 
     Лялька подсела к ней, поцеловала  и потрогала ладошкой её лоб. Девочка вся горела.
   –  У тебя горлышко болит?
   –  У меня всё болит! – словно старенькая бабушка, запричитала малышка и прижалась к ней.– Когда  же придёт мама и заберёт меня? Хо-о-чу к маме и к Зоеньке...
     – А кто такая Зоенька?
     – Это папина сестра,  она носит красивые платья и очень красиво поёт...
     – И где же она поёт? – полюбопытствовали мальчишки.
     – На большой сцене... самого большого театра...
     – А он где?
     – Рядом с нашим домом...  – и снова  захныкала.
     Лялька встревожилась: "Надо бы позвать взрослых, попросить у них помощи... А как это сделать?  Может,  в дверь поколотить ногами?" Но тут же  вспомнила, как злой мужик, одетый  в солдатскую форму,  втолкнул её  в эту дверь,  пригрозив сидеть тихо и не шуметь!
     – А где же мы спать будем? – спросил Лёва.
     Все кровати в  комнате стояли  без матрацев. Огромной горкой они были свалены на одну из них в дальнем углу. Лялька решила выбрать какой-нибудь для Юли. Все они  были рваные, грязные и очень противно пахли. Ребята отобрали те, что почище, и разложили их по кроватям.
     – Сейчас я  тебя, Юленька, уложу спать.
     – А кушать, умываться и на горшок? – спросила малышка.
     Лялька  подбежала к входной двери и решительно толкнула её. Та со скрипом открылась, и девочка оказалась в длинном коридоре. В конце его висела такая же, как в комнате, тусклая лампочка. Она шла по коридору, толкая  запертые двери, одна из них поддалась и за ней оказалась  комната со ржавой раковиной и таким же унитазом. Лялька бросилась к крану и неистово стала откручивать барашек. Вода потекла тоненькой грязно-серой струйкой, потом  посветлела, и  бедняжка припала к крану. Только теперь она поняла, как ей хотелось пить. Вдруг хлопнула дверь. Лялька выскочила в коридор и увидела очень большую женщину с большой кастрюлей.
– Здравствуй, девочка, а где остальные?
   "Ой! Она, наверное, за нами. Значит,  нас скоро отправят домой!"
    – Я вам покажу  где, –  радостно отозвалась Лялька. Опередив женщину,  открыла двери комнаты и пропустила её вперёд.
     Та вошла и по-хозяйски огляделась  по сторонам.
     – Вас тут уже четверо?! А мне сказали, что двое. И еды у меня на двоих. Ну хлеба и чая я донесу, а кашу поделите.
     Дети согласно закивали в ответ. Такой каши  никто из них никогда не ел, она была сделана из  непонятно какой крупы и вся какая-то липкая. Лялька и Костя взяли ложки и начали кормить младших. Юленька хотела только пить и жадно набросилась на горячий чай.
     – Не обожгись, – предупредила Лялька, – и съешь хлеба. Малышка нехотя сжевала кусочек и  выпила ещё одну кружку чая.
     – Туалет в конце коридора и вода там же, – пояснила Лялька мальчишкам. – Сходите туда, а потом будем ложиться.
     Мальчишки послушно направились в туалетную. Потом Лялька, взяв на руки Юленьку, отнесла  и её в туалет. Ребята набросали на койки по два матраца и улеглись. Юленька прижалась к Ляльке и, тихонько всхлипывая, успокоилась.
     "Какой сегодня длинный день, не хочу, чтоб и завтра был такой же?"–  думала Лялька, пытаясь заснуть. Тревожные мысли о родителях  мешали забыться. Потом словно провалилась в глубокую пропасть. Она не знала сколько  времени прошло до той поры, когда проснулась оттого, что у неё сильно затекла рука, на которой уснула Юленька. Попыталась  освободить руку, но тяжёлая голова Юли не отпускала её. Решив приподнять голову девочки свободной рукой,  кистью задела лоб  малышки и тут же с ужасным криком отдёрнула её. Лоб у Юленьки был ледяной. А сама  она стала похожа на спящую царевну из сказки Пушкина. Лялька каким-то шестым чувством поняла – произошло что-то непоправимо страшное. Маленькая Юленька уже никогда больше не будет тянуть к ней ручонки и не получит куклы от папы на день рождения, да и дней рождения больше у неё  не будет...
     – Что с ней? –  испуганно спросил Костя.
     – Она, кажется, умерла... – тихо сказала Лялька.
     – Как умерла?! Ведь умирают только старенькие бабушки и дедушки.
     – Взгляните сами...
     Мальчики приблизились к кровати и тихонько окликнули Юленьку. Она лежала бездвижно и казалась красивой фарфоровой куклой. Лучик солнца, пробравшийся через оконную решётку, нежно коснулся её волос и лица, превратив её в нездешнюю прекрасную небожительницу. Дети смотрели на эту маленькую девочку, молча глотая слёзы. В этот момент они вдруг со страхом ощутили себя малюсенькими букашками, которых вот-вот раздавит огромная вселенская несправедливость...
     Заскрипела дверь и вошла вчерашняя женщина, неся всё тот же котелок с непонятно какой кашей и чайник.
     – Чего это вы тут сгрудились? – спросила она.
Лялька, кивнув  в сторону девочки, почти беззвучно прошептала: – Кажется, она умерла.
     Женщина, вздрогнув,  взглянула на Юленьку: – Царствие ей небесное, отмучилась, ангел божий. И медленно перекрестилась:  – Сейчас за ней придут...
     Вскоре появился мужчина в военной форме и забрал Юленьку. Никто не мог есть... А у  Ляльки, как молотом, стучало в голове: товарищ Сталин!– Сталин! –Сталин!... ты друг детей!друг –друг –детей... и самый лучший... лучший!...лучший человек на свете... Слава Советской Родине... родине... родине...

        

 Семья Носковых: Нина, Иван и их дочка Лялька, 1931 г.

 

 

                                   Уважаемые читатели,
свои впечатления о публикации Марии Ребровой, а также собственные истории на эту тему присылайте по эл. адресу:

Светлана Балашова<mroczkovskajabalashova.svetla@yandex.ru

Лучшие рассказы будут опубликованы на сайте в рубрике "Пирамиды Вечности".
        

 

ПОСЛЕСЛОВИЕ. ИЗ ПИСЬМА МАРИИ

     Мама! Как порой трудно рассказать о человеке, давшем тебе жизнь. Когда мы живём рядом, бок о бок, видимся каждый день кажется и не задумываешься, какая ты Мама? Конечно же, самая добрая, ласковая, понимающая, но какой ты была в 2 года, в пять, десять лет, в восемнадцать? О своей маме Людмиле Носковой я многое знаю из рассказов бабушкиных сестёр. Поскольку её мама – моя бабушка восемь лет провела в ГУЛАГ-ах нашей необъятной родины. Они расстались, когда моей маме не было восьми лет, а встретились, когда ей было почти семнадцать. Вот такая суровая и жестокая штука наша жизнь!
     Маленькая Лялька была залюбленным и избалованным ребёнком. Она стала первой внучкой в клане Мрочковских. Отец её, мой дед Иван, любил её до безумия. Ему вообще хотелось иметь кучу детей. Эту страсть к детям бабушка Нина не разделяла. Её желания в деторождении ограничивались единственным ребёнком. Уже в преклонном возрасте объяснила мне причину  – сразу же после своего замужества ею овладело предчувствие недолгой счастливой семейной жизни. Возможно, это же ощущение довлело и над мужем. В результате Людочка уже к двум годам была избалована до неприличия. Перед сном  требовала, чтобы няня Катя,  прочитав  на ночь сказку, приносила ей то чай с мёдом, то снова сажала  на горшок...  Подобным прихотям – ни конца, ни края. Однако её мама не была сторонницей подобного баловства и запрещала всем домашним откликаться на капризы маленькой хитруши.  Но у той тут же начиналась продолжительная истерика. У тетушек, если они присутствовали при этих сценах, и у няни Кати сдавали нервы. Лишь одна моя бабушка оставалась непреклонной. Выбившись из сил, маленькая капризница начинала жалобно причитать: «Мамочка, прости, я больше так не буду». И в конце концов стала как шелковая..
     Это беспечное мамино детство окончилось в сентябре 1936-го. В этом году она пошла в первый класс, а  в том же сентябре арестовали её отца. После ареста и  мамы Людмилу забрали в детский дом, не позволив неблагонадёжным родственникам воспитывать новое советское поколение.
     Вспоминать про детский дом мама не любила. После двух лет, проведенных там, её наконец сумела отыскать тётя Лида, младшая сестра бабушки. Она была замужем, и дед Иван Мрочковский жил с ними. Потом в семье появились дети: в 1939 году родилась Наташа, а в 1943 её брат Юрий. Мама помогала их нянчить, училась и, как все школьники, работала на заводе. Всё для фронта! Тогда все были проникнуты только этим. В 1946 году осенью Людмила приехала  в Мордовию к своей маме, жившей после освобождения из лагеря сначала в знаменитом посёлке Явас, который и по сей день является зоной поселения для условно освобождённых. Здесь, 22 июля 1946 г, родился Всеволод – младший брат Людмилы. В 1947 году бабушке разрешили покинуть Мордовию и поселиться в Энгельсе. Там мама окончила десятилетку и продолжила образование. Она любила и хорошо знала историю, литературу, географию. Но поступила в технический машиностроительный ВУЗ, где и познакомилась с моим отцом. В 1951 году они создали семью, а в 1952 родилась я. По окончанию обучения родителей отправили на какой-то машиностроительный завод в Подмосковье. В это время начался призыв комсомольцев к покорению Целины. Мои родители отправились в северный Казахстан (Кустанайская область). Там они прожили 13 лет, там же родилась моя сестра Елена, названная в честь тёти Лёли Мрочковской. После снятия с неё грифа оседлости тётя Лёля забрала маму с отцом из  Казахстана, и они вернулись в Анжерку. Мне нравилось на каникулы приезжать к ним туда. Когда мне исполнилось пятнадцать лет, родители вернулись в Энгельс. С этого времени я уже всегда жила с ними. Мама была очень общительной, весёлой, интересным собеседником. Никогда не жаловалась и не ныла. И сумела привить эту черту и мне...

Ответ Светланы Мрочковской-Балашовой:
Дорогая Мария, как я рада, что ты разыскала меня на просторах Интернета. Чтобы не запутаться в нашей сложной семейной иерархии, давай называть друг друга кузинами, как в дореволюционной России было принято   именовать всех многочисленных родственников весьма разветлившихся родовых кланов. Прежде всего позволь мне поблагодарить тебя за бесценные сведения о наших предках (документы, фотографии, устные  рассказы, сохранившихся в твоей памяти...). Благодаря чему мы с тобой принялись создавать Сагу о роде Мрочковских. И наше Былое заговорило. Продолжай вспоминать,  записывать и публиковать эти предания – ведь у тебя это замечательно получается. А впереди ещё много лет!

 

                                   Дорогие  читатели,
свои впечатления о публикации Марии Ребровой, а также собственные истории на эту тему присылайте по эл. адресу:

Светлана Балашова<mroczkovskajabalashova.svetla@yandex.ru

Лучшие рассказы будут опубликованы на сайте в рубрике "Пирамиды Вечности".
        

 

 

 

 

 

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | -6- | 7
© 2005-2019 Все страницы сайта, на которых вы видите это примечание, являются объектом авторского права. Мое авторство зарегистрировано в Агентстве по авторским правам и подтверждено соответствующим свидетельством. Любезные читатели, должна вас предупредить: использование любого текста возможно лишь после согласования со мной и с обязательной ссылкой на источник. Нарушение этих условий карается по Закону об охране авторских прав.

Рейтинг@Mail.ru