Пушкин в творчестве Светланы Мрочковской-Балашовой
-1-
 
 
 

В гостях у него побывал Анатолий       Александрович Чернышев – поэт,   писатель, журналист и удивительный человек. Опять же из Новосибирска. Прочитала его впечатления об открытии музея Пушкина в новосибирском Лицее, названном  именем Поэта,  и тут же загорелась желанием ознакомиться с его другими творениями. Но об этом ниже.  
А сейчас представлю его через экспозе 
в "Пушкинском альманахе"№ 20.

 

 

"Родился в 1930 г. Работатать начал с 14 лет сапожником, разнорабочим, токарем по дереву и металлу, директором Дома культуры на Камчатке.  В газету «Молодость Сибири» пришел с хорошим житейским опытом А через несколько месяцев, выдержав творческий конкурс, был вызван на вступительный экзамен в Литературный институт им Горького. Затем работал редактором «Последних известий» на Новосибирском радио. С 1975 в Центре НТИ (ежедневный выпуск радионовостей). Редактор в Западно-Сибирском книжном издательстве, редактор многотиражки «Энергостроитель», которая уже через полгода стала лучшей газетой Минэнерго. Публиковался в новосибирских и центральных газетах  и журналах. Выступал по областному, республиканскому и Всесоюзному радио. Автор нескольких поэтических сборников. Его стихи публиковались в журналах «Смена», «Октябрь» и «Сибирские огни» и коллективных сборниках.
Член Союза журналистов с 1968 г.


В  гостях у Пушкина|

В самом слове «лицей» уже чувствуется дыхание истории. А когда узнаёшь, что в Новосибирском лицее есть музей Пушкина, да и само педагогическое заведение носит имя великого поэта, временные границы невольно раздвигаются. Во время перехода по каким-то коридорчикам, закоулочкам, спускам и подъёмчикам в аудиторию, где по стенам развешаны портреты близких и друзей Пушкина, это ощущение ещё больше усиливается.

Вот Сергей Львович – отец Пушкина. Вот мать поэта. Вот Василий Андреевич Жуковский – ближайший сподвижник Александра Сергеевича на литературном поприще. Естественно, здесь же и Гавриил Романович Державин. У самых дверей, у входа – большой портрет самого поэта. Семейные реликвии! Как в любом хорошо обжитом доме. Они должны напоминать о людях, близких сердцу. Так издавна заведено.


 


Вот Василий Андреевич Жуковский – ближайший сподвижник Александра Сергеевича на литературном поприще. Естественно, здесь же и Гавриил Романович Державин. У самых дверей, у входа – большой портрет самого поэта. Семейные реликвии! Как в любом хорошо обжитом доме. Они должны напоминать о людях, близких сердцу. Так издавна заведено.
И, конечно, здесь же весь первый выпуск императорского Царскосельского лицея. Нет, не в портретах, а в каллиграфически оформленном списке на стене, встречающем вас буквально у самого входа. Вот уж действительно «никто не забыт, ничто не забыто», даже лицейские клички. Они напоминают о беззаботном детстве сверстников лицеиста Пушкина и самого поэта. У Вольховского кличка – Извозчик. А этот «извозчик» закончил лицей с большой золотой медалью – лучший выпускник лицея. Он готовился к военному поприщу и стал впоследствии гвардейским генералом. Горчаков – Франт. Он выйдет из лицея с малой золотой медалью. Вот вам и «франт». «Железный» Бисмарк считал его своим учителем на дипломатическом поприще. Данзас – Медведь. Ему выпала печальная участь: быть секундантом на последней дуэли Пушкина.

И не только печальная, горькая, но и чреватая тяжкими последствиями: за участие в дуэлях сурово наказывали, вплоть до расстрела. И, тем не менее подполковник Данзас, не колеблясь, откликнулся на просьбу лицейского друга. За что и поплатился: был разжалован и подвергнут аресту. Сам Пушкин – и Француз и Егоза. Кто мог подумать, что эта «егоза» станет великим поэтом, гордостью России.

Мы пришли к нему в гости тоже как давние друзья. Пришли целой группой – человек  пятнадцать. Нет, наших портретов не увидишь, но мы здесь гости не случайные и не редкие. Вот Нэля Петровна Трухина – председатель Новосибирского регионального Пушкинского общества. Для неё Пушкин – не символ, не эталон, а живой человек, современник, с которым она общается постоянно. По зову сердца.

И пришла она в окружении членов Пушкинского общества и членов правления, к которому относится и руководитель этого музея Владимир Ефимович Крыжановский. А он является ещё и членом парижской «ассоциации друзей Пушкина» – как много их у поэта. По всему миру. Попробуйте собрать всех – не поместятся ни в одном помещении. Кстати, на открытие памятника Пушкину в Париже, на родине Дантеса, почтить это событие из Эльзаса приезжали и родственники Дантеса. Вот такая магия таланта великого русского поэта.

В аудитории, как и положено лицею, рядами расставлены учебные столы, стулья. Привычно рассаживаемся – «мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь». И тут выясняется – не как-нибудь, а вполне основательно. Аудитория буквально преображается: появляются старинные платки, сарафаны, шляпки; заговорили персонажи «Повестей Ивана Петровича Белкина». Заговорили вживую, без шпаргалок и текстов самих «Повестей». Мысль ведь материальна. От Ивана Петровича она пришла к Пушкину, а от него долетела до нас – мы ведь беседуем с Богом и устно и мысленно, в полной уверенности, что он нас слышит.
 
Нет, преобразилась не аудитория. Преобразились мы, растворившись в её атмосфере. И пример подала Нэля Петровна, накинув на плечи старинный платок, как будто подаренный ей самим Иваном Петровичем Белкиным. Накинула и… превратилась в госпожу Белкину. И повела рассказ о природе этих «Повестей» – они ведь рождались на её глазах.

А дальше пошли её современницы и персонажи самих «Повестей». Естественно, всё началось с «Выстрела». Его рассказала Татьяна Трофимова, член правления Пушкинского общества.
Именно рассказала, а не прочитала по тексту. Да и зачем ей текст, если она была в какой-то старомодной шляпке – ни дать, ни взять графиня из самой повести, невольная свидетельница самих событий. И рассказывала она о последнем выстреле Сильвио, влепившего пуля в пулю в картину на стене. Ей ли этого не знать.

Рассказывала, а в соседней комнате лежал дуэльный пистолет. Он был большой, тяжёлый, на деревянной основе и напоминал нынешний обрез. Именно из такого стрелял Пушкин в Дантеса. Стрелял уже лёжа на снегу, опираясь на левую руку. И попал, легко ранив противника. Он был отменный стрелок. Как и Сильвио, о коем рассказала графиня… простите, Таня Трофимова.

А дальше пошли «Метель». «Барышня-крестьянка». И никто из рассказчиков ни разу не обратился к текстам. Всё вживую, наизусть, как и полагается свидетелям и очевидцам.

И главное – всё это естественно, органично. Никакой манерности. И даже если кто-то забывал какой эпизод, ему дружно подсказывали другие «очевидцы» реальных событий. Впрочем, здесь бывает и не такое: например, пушкинский бал с полонезами и мазурками, с присутствием самого Пушкина в окружении своих персонажей – Татьяны Лариной, Онегина, Ленского, Ольги в соответствующих костюмах, сохранившихся в старинных сундуках, но не пропахших нафталином –  
таковы чудеса вечности.

И, конечно, не обошлось без стихов: «Осень», «Скупой рыцарь». За хозяина гостиной их прочитал Виктор Липчанский – член правления пушкинского общества.  Впрочем, как и Татьяна Трофимова, как Раиса Иванова и Лидия Зайцева, рассказавшие о «Метели» и «Барышне-крестьянке», как Иван Зайцев,
прочитавший своё стихотворение, посвященное Пушкину. Я думаю, хозяин гостиной его слышал. Присутствие Пушкина было явственно ощутимо: он смотрел на нас со стен и внимал каждому слову.

Оформление музея время от времени обновляется. Но я думаю, что Владимир Ефимович, вместе с другим руководителем музея Галиной Петровной Лазарчук и неутомимым, помогающим и словом, и делом директором Пушкинского лицея Галиной Андреевной Коротько, каждый раз советуются с Пушкиным, трепетно соблюдая его вкусы и пристрастия. Во всяком случае, мы не заметили ничего
чужеродного, случайного для этих пушкинских апартаментов. Чтят они и память основательницы музея Тамары Ивановны Малковой, чей портрет висит на передней стене аудитории.

Кстати, собственно музей находится в дальней комнате, где хранится и посмертная маска поэта, и тот пистолет, о коем уже говорилось, и многое-многое другое. Но ему уже тесно, и он выплеснулся в учебную аудиторию, превратив её и в гостиную, и в музей, и в зал наглядного воспитания лицеистов. Такова магия таланта. Она не имеет границ и шлагбаумов.

Покидая музей, мы в последний раз взглянули на большой портрет Пушкина у дверей. Он был подарен двумя бывшими зеками – вот вам и
                                              Во глубине сибирских руд
                                              Храните гордое терпенье.
Нет, не пропадает он, скорбный труд. Остаётся людям и дарит им своё тепло.

Выйдя на заснеженную улицу, мы почувствовали себя как вновь народившиеся. Такое ощущение бывает после долгой-долгой  командировки. А у нас она была действительно долгой. Двести лет – дольше не бывает.

Но вот они, родные сугробы, трамвайные рельсы, улица Добролюбова и остановка – Лицей! А в нём – и новые встречи с Пушкиным, и с его персонажами, и с нынешними лицеистами, как это было уже не раз. Кем-то они вырастут, эти неугомонные «егозы», «извозчики» и «хваты». Какую оставят память о себе? Думаю, добрую.

Оно, добро, исходит от самих стен лицея и от бывшего лицеиста Пушкина, и от той атмосферы, которая его окружает и сегодня.
 

Примечание: Рассказ А.А.Чернышева впервые опубликован в "Пушкинском альманахе", выпуск 15, с.224–228.

 

 

Открытие Человека
 

Светлана Мрочковская-Балашова   

 


 Выступление А.А. Чернышева перед аудиторией

Казалось бы, рассказ Анатолия Чернышева «В гостях у Пушкина» принадлежит к тому легкому, непретенциозному журналистскому жанру репортажа – отчета об увидённом, услышанном, зафиксированном в памяти. Иными словами, информационный жанр, с которого обычно начинает свою карьеру любой журналист. Читатель прочитал, что-то запомнил, принял к сведению.
Рассказанное же Анатолием Александровичем не просто репортаж о событии, а яркая зарисовка с образами, воссозданными двумя-тремя штрихами, с подмеченными мимоходом деталями, запечатленными не столько глазами, сколько эмоциональным восприятием, ассоциативными ощущениями, включая даже дыхание времени. А в памяти читателя остается образ, живая картинка, как после посещения театра. Совсем не случайно рождается желание почитать ещё что-нибудь из написанного автором.


Мне повезло – Интернет быстро выдал четыре названия из сотворенного им. Не густо. Но зато какая насыщенность этого малого! «Пророки и провидцы» (Литературный альманах Сибирский Парнас №1 (2016) и «Звезда печали» (Сибирский Парнас №3 (2017). А уже поздно ночью на ресурсе Проза. ру обнаружила ещё две публикации А.Чернышева:«ВЕТХОСТЬ ВЕТХОГО ЗАВЕТА» с подзаголовком «Читая библию» и его стихи из цикла «Библейские мотивы».

Начала с «пророков и провидцев». И не ошиблась – здесь-то я и открыла для себя Человека, почувствованного интуитивно при чтении «репортажа» из Музея Пушкина. Признаться, впервые столкнулась с трансцендентным – сродным моему собственному – восприятием личности и творчества Лермонтова. Восприятием столь далеким от официозного лермонтоведения. Впрочем, и от всех официозных толкований о Великих небожителях. Пророчества поэтов Лермонтова и Пушкина как литературоведческий термин, применяемый к ним, – пустой звук в сравнении с Откровениями (то бишь Прозрениями) Анатолия Чернышева.
 
Пересказывать, растолковывать их не буду. Прочитайте сами, чтобы восхититься мыслью, логикой, божественным даром прозрения, поэтическим стилем (а разве он может быть иным у поэта?!)… и стародавней скромностью, столь чуждой, непонятной нынешним «творящим». Эту поразительную Скромность Автора, самим им воспринимаемую лишь как антоним Суетности, отмечают и многие его интервьюеры.

Чем дальше в лес, тем больше дров. Следующим глубоким лесом оказалась «Ветхость Ветхого завета». Такое мог создать лишь человек огромного интеллекта, эрудиции, все той же логики мышления, приправленных тонким сарказмом. Человек, прочитавший от корочки до корочки все библии – от Ветхого до Нового завета, заветы и других богов – и Саваофа, и Аллаха, и Яхве, и Зевса, и даже скандинавского Одина, может с полным правом иронизировать, называя Еву «клоном из ребра Адама» (методом воспроизведения, известным библейским праотцам и лишь в конце 20 века "заново" открытым человечеством) или же заметить с дивным юмором:
«Священным Писанием с таким же успехом можно считать и библию Гомера, т.е. книгу Гомера, выражаясь по-русски. Я имею ввиду «Илиаду» и «Одиссею». Тем более, что слово-то греческое – близкое, родное ему. Там герои идут в бой за прекрасную Елену и умирают за чистоту и святость брака»…

Однако за этим иллюзорным «святотатством» следует завершающий Апофеоз, рожденный глубокими раздумьями после проникновенного прочтения Библии:
«Голгофа и Распятие открыли новую эру и новое Священное Писание. Оно называется Благовестием и взывает к Добру и Милосердию. А мы, свято храня в памяти кресты мордовских и колымских «гулагов» и такие же кресты на могилах безымянных ельцинских бомжей, люмпен-пролетариев перестройки, стремимся к милосердию и человеколюбию – возлюби ближнего своего… И помним о небесном рае. О небесном! И тянемся к нему, запуская свои корабли в таинственный и манящий космос, как будто нас тревожит ностальгия по далёкой родине. Или зовёт голос далёких предков – голос небожителей, передавших нам свою кровь, свои гены, свою божественную сущность.»

NB: Ведь нельзя же считать Пушкина безбожником только за то, что в свои неполные 22 года он написал поэму «Гавриилиада», "пародийно-романтически" обыгрывающую сюжет Евангелия о Благовещении. А в конце июля 1836, предчувствуя свой скорый Уход, он же, "безбожник Пушкин", создает стихотворение "Отцы пустынники..." – не просто поэтическое изложение Великопостного песнопения Ефрема Сирина. Оно лишь подвигло Пушкина к рождению собственной молитвы-мольбы. Истинными же её родителями были осознанные умом и сердцем Вера и Свобода повиновения Божьему велению. Именно так и воспринимается этот плод: исповедь Пушкина, но не монолог, а собеседование с Вседержителем и смиренное покаяние в осознанной тщетности своего БОГОБОРЧЕСТВА.
Покаяние, которым завершается жизненный путь многих творцов.

И еще одна NB: Да, в России в гуманитарных университетах изучают «Илиаду» и «Одиссею». Но, само собой, не как древнегреческую «библию», а как древнейший из сохранившихся памятников античной Греции – эпическую поэму, приписываемую легендарному Гомеру, то ли реальному человеку, то ли небожителю. А вот Священное Писание христиан почти столетие оставалось табу не только для изучения в школах, но и в вузах, а что самое пагубное – пребывало в списке запрещенных для издания книг, следовательно, и для чтения. Но и ныне введение в школьную программу уроков Божьего закона все ещё дискутируется. Значение Библии в развитии нравственного и гуманистического начала в воспитании человека несомненно. Как и бесспорен аргумент: чтобы что-то отрицать, необходимо знать суть отрицаемого. И наконец Библия, при всех её «нестыковках» – это история духовного развития человечества. Естественно возникает вопрос, входит ли изучение её в учебную программу Лицея, носящего имя Пушкина?

 


Лицей. Рисунок Пушкина в рукописи "Евгения Онегина"
 

 


 


Отзывы

Чернышев А.А., Новосибирск, 16/07/2017:
С удовольствием прочитал, Светлана Павловна, Ваш отзыв на мой репортаж "В гостях у Пушкина". И почувствовал сколько добра и чуткости в Вашей душе. Очень рад, что у нас совпадают взгляды на религию. Ре-лигия ведь от слова "лига"– союз. Но в отличие от союзов военных, политических, экономических это союз духовный, основанный на двух составляющих: философии (древнейшей) и нравственности. Древние философы задолго до нынешних учёных, ищущих контакты с инопланетянами, знали, что мир населён и назвали его Вселенной. Только называли инопланетян ангелами, архангелами и т.д. Но это другой разговор. Вам же спасибо за добрые слова и дай Бог Вам всего самого наилучшего.

 

 

 

-1-
© 2005-2019 Все страницы сайта, на которых вы видите это примечание, являются объектом авторского права. Мое авторство зарегистрировано в Агентстве по авторским правам и подтверждено соответствующим свидетельством. Любезные читатели, должна вас предупредить: использование любого текста возможно лишь после согласования со мной и с обязательной ссылкой на источник. Нарушение этих условий карается по Закону об охране авторских прав.

Рейтинг@Mail.ru